Их выжило мало. Но они выжили.
Слова Таны разбили это чувство вдребезги.
— Для Императриц проводят особое Испытание, — сказала она. — Последний тест перед вступлением в должность. Нам выдают отряд бойцов, и заставляют проходить лабиринт. Довольно опасный, но он похож на тот, который проходят все остальные, прежде чем стать полноценными герианцами. Конечно, его переживают не все, но многие. И среди этих многих, будущая Императрица. Потом начинается настоящее Испытание.
Эйн почувствовал холодок дурного предчувствия.
И подумал:
«Нет. Нет, ты не можешь об этом просить».
Но она могла, и хорошо, что хотя бы не улыбалась в тот момент. Если бы ей было весело, Эйн бы ее убил.
— Не проси, — тихо сказал ей Эйн. — Тана, пожалуйста. Не проси.
Она будто не услышала его. И сказала то, чего он и боялся:
— Человеческий мальчик, убей их всех. И даю тебе слово, Герия поддержит Землю.
Большое спасибо за чтение, если вам понравилась глава, обязательно оставьте коммент) Продолжение по правилу 50 ₽ 27.06± пара часов.
От автора: графическое описание насилия в главе.
— Тана, послушай… Нет, послушай меня, так нельзя, — ему нужно было время. Выиграть хоть немного, хотя бы пару минут, придумать, как заставить ее передумать. Убедить, сказать что-то, что все изменит.
Тана смотрела на него, усмехалась криво — сняла маску, которую носила все время, убрала улыбку за ненадобностью. И Эйн знал, что она видит в нем.
Это было самое отвратное.
— Нет. Нет, я не могу их убить.
Он должен был найти правильные слова.
Они же только выбрались, они выжили чудом. Он и эти герианцы, и они все это сделали из-за него. Они были — его.
Убить их?
Убить Нагару?
Эйн не для того стал командиром, чтобы так поступать со своими. С теми, кто ему верил, кто ради него убивал.
— Можешь, человеческий мальчик. Я в тебя верю.
Самое отвратное, что они не пытались бежать, не пытались защищаться или напасть. У герианцев было оружие. И они послушно ждали, что Эйн решит. Нет, не так. Они знали, что он решит, и просто ждали.
— Это герианцы, это твои подданные. Они всю жизнь служили Империи, их не за что убивать! Если я их убью, я стану врагом Герии. Тана… Тана, их не за что убивать.
Он боялся смотреть на Нагару. Что тот думал? После того, как Эйн сам выбрал его спасти, потребовал.
Тана рассмеялась, устало и невесело:
— Забавно. Ты просто мужчина. Я женщина. Ты даже не герианец. Но слово в слово ты говоришь то, что когда-то говорила я. Как думаешь, все Императрицы говорили одно и то же?
Она прошла через это сама, и ее это переломало — ради власти, ради того, чтобы стать во главе всей Герии.