— Мои личные войска и Сопротивление, — продолжила Рьярра. — Это немалые военные силы, но их недостаточно.
— Нужно было еще, — вмешалась Льенна. — Тебя отозвали обратно, а меня назначили на твое место.
Рьярра пожала плечами:
— Все знают, что мы враждуем. Для защиты от меня ты взяла на Землю своих солдат, а я начала собирать своих. И все считали, что это для войны друг с другом.
Илирианцы так считали. Не стали поднимать тревогу, потому что ждали, когда Рьярра и Льенна уничтожат друг друга.
Ждали, что Сопротивление сгинет в этой войне или добьет победительницу.
А на самом деле Рьярре просто нужно было:
— Три армии, — сказала Мара. — Вы собирались использовать всех.
Рьярра кивнула:
— Все шло по плану, пока Ойлер не попытался спасти Землян.
Это звучало так глупо и так дико, что Эйн поневоле рассмеялся. Потому что и правда, Ойлер — кровожадный сукин сын, который развлекался, пытая людей. И вдруг захотел кого-то спасти.
— Я не знаю его причин, — невозмутимо заметила Рьярра. — Но он рассказал об Илирии Меррику. Рассказал, что сделают илирианцы, если захватят Землю. Дети Икара, мальчик, выкосят вас всех. Всех, кто недостаточно силен, недостаточно быстр. Модифицируют тех, кто останется. Вживят ларралы и импланты.
Она улыбнулась и закончила:
— Ты спрашивал, почему Меррик пришел ко мне? Почему встал на колени? Потому что знал, что не сможет спасти свою расу без моей помощи. Он ненавидел Герию, но хотел, чтобы люди жили. Он просил, искренне и отчаянно, как и полагается просить мужчине. И я убила его за это.
Эйн почувствовал — отравленный, будто замедленный момент ясности. Момент пустоты и спокойствия, как когда смотришь в прицел.
А потом это спокойствие разлетелось на осколки. И Эйн бросился вперед — чтобы уничтожить, растереть в кровавое черное месиво лицо Стальной Рьярры.
Примечание автора: ужасно извиняюсь, что написание продолжения заняло столько времени, и надеюсь, глава вам понравится.
Рьярра недооценила его. Слишком привыкла полагаться на свои фокусы, или все еще видела его таким, как в плену. Сломленным, бесполезным.
Эйн успел дотянуться, вцепился пальцами в ее горло. В голове стоял шум. Белый-белый шум.
Кто-то пытался оттащить Эйна, мысли Мары бились в его сознание. В тот момент это не имело никакого значения.
Он собирался убить Стальную Суку. Убить ее за Меррика, за плен, за боль, страх и месяцы унижений.
Рьярра хваталась за запястья Эйна, хотела спастись — но она была слабее, физически слабее. И никакие ее удары, ничто на свете не заставили бы его разжать руки.
Рьярра атаковала страхом, но даже он теперь отошел на задний план.