Она ничего не ответила, отстегнула страховочный ремень, и первая выскочила на гладкий пластик посадочного причала:
— Идем, мальчик. Ойлер не поймает себя сам.
В заброшенном мега-комплексе было тихо. До войны неподалеку располагался спальный квартал, а после — только непригодные для жизни руины. Восстанавливать их было слишком дорого, да и жильцов не осталось. Вместо этого в городе выросли новые герианские башни: красивые, светлые и чужие.
Выломанные осколки строительного пластика лежали на полу грудами, за пустыми провалами окон перемигивались огни городских реклам и флаеров.
Ойлер в этой разрухе казался лишним.
Он действительно пришел один. Точнее, никого больше Эйн не видел — даже приборы не фиксировали.
Ойлер стоял у стены, тень падала на него сверху, и импланты глаз светились алыми точками.
— Приятель Эйн, — улыбка Ойлера напоминала оскал. — Я бы сказал, приятная встреча, но не хочу врать.
Потом он перевел взгляд на Рьярру:
— Давайте, обойдемся без драмы. Я готов сотрудничать. Я очень, — он задумчиво взмахнул механической рукой в воздухе, щелкнул острыми когтями, будто подбирал слово, — доброжелательный. Если играть по моим условиям.
Один щелчок и все переменилось мгновенно.
Из пролома в стене, из пустого окна появились уродливые механические твари. Все в ошметках кожи, плоти и костей.
А герианский сканер не показывал ничего постороннего. Вот же рухлядь инопланетная.
Рьярра выхватила кнут, растянула губы в усмешке:
— А эти игрушки ты принес мне в подарок?
— Не совсем. Я тут подумал… только Меррик знал точно, что я сделал. А теперь и его наследник докопался до правды. Но если избавиться от наследника. Кто докажет, что это я во всем виноват?
Рьярра не дала ему договорить, ее кнут хлестнул вперед и вверх, располовинил одну из механических тварей, и вторая бросилась к ним, но Эйн успел среагировать — выхватил игольник и выстрелил. Тварь отбросило назад.
Ойлер напал следом, и в этот раз Эйн его видел, пригнулся вовремя и спустил курок.
Еще один удар кнута отбросил Ойлера назад — Зайн подошел ближе, стеганул кнутом еще раз.
Мгновение, и все было кончено:
— Похоже, — угрюмо сказал Эйн. — Ублюдок совсем отчаялся.
И как только он договорил, в дальнем коридоре появились девчонки Ойлера. Те, которых он видел в его логове. Голых и напичканных имплантами. Теперь у каждой из них в руках было по огромному тесаку.
По тупой кромке тесаков шла узкая светящаяся полоса, как на кнутах стальных дев. Эйн неплохо за время войны научился разбираться в герианском оружии, без проблем опознавал игрушки с сюрпризами.