Он блефовал, Эйн был в этом уверен. Процентов эдак на пятьдесят.
— Всего три минуты, приятель мой Эйн, — Ойлер растянулся на спине, блаженно прищурился. — Ложись рядом, посмотрим на фейерверки вместе.
Эйн бросил быстрый взгляд на Зайна, тот ответил тем же, и они как-то вдруг без слов друг друга поняли.
Эйн выстрелил девчонке в живот, она увернулась, и Зайн достал ее кнутом, захлестнул и дернул в сторону. Она врезалась в другую, кнут Рьярры свистнул в воздухе, и Эйн как в замедленной съемке увидел: мышцы Зайна напряглись, он рванул кнут на себя и в бок.
Механические руки и ноги мелькнули в воздухе, и подручных Ойлера вынесло сквозь пролом в стене на улицу. Зайн повернулся, сделал взмах кнутом, и они с грохотом полетели вниз. Взрыва не было.
Эйн посмотрел на Ойлера.
Ублюдок не переставал улыбаться:
— Вы убили отличных девочек, а я так долго над ними работал. Какая неприятность.
Эйн от души врезал ему ботинком в висок. Очень надеялся, что у механизированного мудака от этого закоротит какой-нибудь из его отбитых имплантов.
Вскоре прибыл отряд герианцев вместе с Марой, Ойлер оказался в кандалах-блокаторах, а Эйн с тоской подумал, как же вымотался за этот проклятый день. Вымотался и проголодался. Даже неловко стало, недавно ведь ел, меньше суток назад.
Габриэль, ты в порядке? — спросила Мара мысленно, и ее вопрос был окрашен тревогой — Эйн чувствовал, будто горечь на языке. Мара боялась: не того, что Ойлер сделал. Того, что могла сделать Рьярра.
Вот только теперь Рьярре уже не хотелось издеваться, ломать Эйна и превращать в своего послушного, слепого солдатика.
Нормально, — он тоже не стал говорить вслух, передал собственными чувствами.
И подумал: а ведь у него в руках был игольник. И Рьярра стояла спиной, он мог бы убить ее прямо сейчас. Отомстить и умереть, героически и глупо.
И оставить Землю расплачиваться за это.
Рьярра будто почувствовала что-то, обернулась, удивленно вскинула брови:
— Ты хочешь убить меня сейчас, мальчик?
— Очень, — честно ответил ей Эйн, усмехнулся уголком губ, а потом демонстративно убрал руку от оружия. — Но не стану. На твое счастье, Землю я люблю сильнее, чем ненавижу тебя.
Он ожидал усмешки в ответ, но Рьярра только спокойно кивнула:
— Хорошо. Я в тебе не ошиблась.
Мара подошла к ним, потянулась мысленно, и ее присутствие отдалось у Эйна в груди теплом.
Он мысленно закрылся и отступил на шаг:
— Пошли отсюда.
Обратно Рьярра летела с Ойлером и бойцами Льенны, а Эйн оказался в одном флаере с Марой и Зайном.
Она села на заднее сиденье, раскрыла виртуальные экраны.