Ее затоптали другие.
Тут же к Эйну, Ойлеру и Маре присоединились другие, отгоняя толпу в сторону бассейна.
Люди падали в кровавую жижу, в ошметки тел, падали друг на друга, и казалось, там внизу беснуется многорукий, многоликий монстр. Чудовище с тысячей глаз, агонизирующее и жуткое.
Мелькнула тень над вражескими Вратами, крылатый илирианец вышел на вираж в воздухе, рассыпая перед собой плазмозаряды и выкашивая первый ряд герианских бойцов. Вой раненых и запах паленого мяса пропитывали воздух.
— Ойлер! — крикнул Эйн, и одновременно с тем, Мара кинула перед собой кнут.
Она двигалась плавно, тут же выхватила игольник, зарядами отгоняя химеру.
Ойлер перехватил кнут в воздухе, уже привычно почти играючи, и взвился в воздух, оттолкнувшись от корпуса бота.
Илирианец успел увернуться от первого удара кнута, сложил крылья, пикируя вниз — и распахнул в последний момент, чтобы ринуться к Маре со спины.
Эйн потянулся эмпатией, и этого хватило выиграть долю мгновения. Чтобы Мара прибавила его силу к его — илирианец замедлился. И Ойлер наскочил на него сверху, прибивая к полу, со скрежетом пропахали механические части залитое кровью покрытие.
Удары кнутом Ойлера — невероятно быстрые, точные — будто слились в один. Разделали противника на части, и Эйн заранее знал для чего.
— Ойлер, пожалуйста!
Тот добрался до ядра еще одного илирианца — и ничто не мешало ему бросить его снова в тот же резервуар. Превратив в кровавую кашу уже не трупы. Живых людей.
Эйн не мог его остановить, не физически.
Мог только попросить.
Он сам замешкался, рядом срикошетил заряд, опалил плечо — и боль прошила до кости. Но он не мог отступить.
Ойлер оскалился, выругался — коротким и резким «бляста», которое у самого же Эйна и подцепил, и бросил ядро вверх. Громыхнуло над головой, посыпались обломки ярусов, которые пока держались, но и люди, и герианцы уцелели, и бой продолжался.
И наконец-то пришел сигнал от герианцев. Заработали их собственные Врата.
— Дальнобойные отряды на край ярусов! — скомандовал Картер. — Приоритет целей — химеры у Врат.
На виртуальных экранах мелькали данные с камер. В мешанине красного все сливалось: химеры с трупами, сломанные боты и подбитые, но активные скайлеры.
— Сэр! — к нему подбежал аналитик. Перепуганный и запыхавшийся. Картер нахмурился и едва не отмахнулся. Паника во время операции раздражала.
Но чутье заставило задержаться на мгновение:
— Что у вас?
У ассистента дрожали руки — совершенно неуместная эмоциональность на работе. И вместе с ними виртуальный экран, который тот держал.
— В городах перехватили трансляцию, — проговорил он. И Картер не сразу понял, о чем речь. Только, когда бросил взгляд на экран в руках, выругался.