Но вряд ли Льенна могла принять, что выхода нет. Если бы их поменяли местами, Мара бы не приняла.
— Это невозможно сейчас, — согласилась Льенна, и ее спокойствие никого не обманывало. — Если способа нет, его надо создать. Надо, и я это сделаю, даже если придется тащить вас на Герию силой.
Она казалась такой уверенной, непоколебимой, но именно в тот момент Мара видела, что за этой уверенностью стояло отчаяние. Жаль, что все обернулось именно так.
Она притянула Льенну к себе, обняла. Так редко позволяла себе нарушать субординацию. Они столько лет обходились без прикосновений, а сейчас оно вдруг показалось правильным.
Она ничего не могла обещать. Даже того, что выживет. И это короткое, будто украденное утешение ничего не могло изменить.
Мара отстранилась первой:
— Мне пора. Меня ждет Зайн.
— Мальчишке лучше следить, что он делает. И осторожнее обращаться с кнутом, — Льенна отвернулась, посмотрела прямо перед собой. — Иначе ни Рьярра, ни даже Императрица его не спасут.
Мара улыбнулась снова:
— Он просто выполняет свой долг.
— А я выполняю свой, Мара. И готова защищать тебя.
Напоследок она еще раз крепко сжала ее плечо и пошла прочь.
Мара направилась в зал. Ее ждали Зайн и десять плетей.
Пол под столбом для наказаний был залит черной кровью, и дорожка от него тянулась к стене, туда, где сгорбившись сидела Салея.
Зайн стоял напротив, сжимал в руке кнут — слишком сильно, костяшки руки побелели — и казалось, готов был убить.
Мара могла бы вмешаться, осадить его эмпатией, но не стала — верила, что Зайн сдержится.
— Просто хочу… чтобы ты знал… — выдавила Салея хрипло, попыталась подняться, но свалилась обратно. Она выглядела жалко, так, как никогда не должна была выглядеть дева. И Маре не было ее жаль.
Зайн дернулся, а потом с видимым усилием отступил назад:
— Дева Салея, вам пора, — говорил он абсолютно равнодушно, бесстрастно, и выдавали его только мелочи. Слишком напряженные плечи. Желваки на скулах.
Мара не видела следов наказания, но видела их последствия. Салея потеряла много крови. Знала, что Зайн ее не жалел.
Металлический запах стоял в воздухе.
И что бы не происходило между Зайном и Салеей сейчас, Мара не хотела этого видеть:
— Вам лучше поговорить в другой раз.
— Мы уже закончили, Телура, — Салея опустила голову, волосы свесились вниз, закрывая лицо. — У нас с маль… у нас не складываются разговоры.
Мара сама подала ей руку, помогла подняться — сомневалась, что Салея сможет подняться сама — и переместилась, как бы невзначай загораживая от нее Зайна:
— Отправляйся в лазарет. Тебе нужна капсула.