Медик слышал, о чем говорили Рьярра и Эйн, но не реагировал. Намурлыкивал песенку и следил внимательными прозрачными глазами. У него было обычное, незапоминающееся лицо — даже приятное, по-своему, и какие-то ноты он фальшивил. В нем не было страха, вообще.
За время войны Эйн научился это чуять. И в своих, и в врагах.
— Говоришь, у него отключены болевые центры, — с усмешкой спросил Эйн у Рьярры, но смотрел при этом прямо на медика. — Импланты, верно? А что насчет другой механической начинки? Усилители, ларралы у него есть?
— Нет, — спокойно отозвалась она. — Мы проверили, мальчик. У него всего два небольших импланта, но соединяются они напрямую с мозгом, мы не сможем их отключить.
— Удобно, — сказал Эйн. — Интересный вообще эффект. Обезболивание.
У медика дрогнули уголки губ, словно он сдерживал улыбку.
— Пусти меня к нему, — Эйн не спеша, демонстративно оглядел его с головы до ног. — Поговорим по душам.
Рьярра нахмурилась, едва заметно, но Эйн умел читать ее. Улавливал малейшие оттенки настроения.
— Хорошо, мальчик. Держи оружие под рукой.
Он фыркнул невольно:
— Я и сам оружие. Так что всегда под рукой.
И только, когда договорил, понял, как же глупо это прозвучало. Отмахнулся:
— Забудь. Просто пусти меня в клетку.
Кажется, ее это позабавило, но она не стала спорить, послушно активировала виртуальный экран, нажала несколько кнопок — и клетка опустилась на пол, скользнула в сторону прозрачная перегородка, позволяя Эйну зайти внутрь.
Медик остался сидеть, глядя на него снизу-вверх. Будто диагностом просвечивал насквозь.
— Ну, здравствуй, — сказал ему Эйн. — Знаешь меня?
Медик усмехнулся — едва заметно, легко:
— Габриэль Эйн. Профессиональный военный, был в плену у герианцев. Есть подозрение на пост-травматический синдром. Я видел ваше личное дело, Габриэль. Вы весьма примечательный… экземпляр.
— Так чего же ты не пришел поговорить пораньше, если я такой примечательный? — Эйн подошел вплотную, заставил себя усмехнуться. Хотя ему все меньше нравилось происходящее.
— Мое… — он сделал паузу, расчетливую, намеренную, предоставляя Эйну самому понять, о ком речь. Хотя угадать, конечно, было не трудно, — … начальство не захотело связываться с Сопротивлением. И от вас отказались. Жаль, Блокатор мог бы сделать вас счастливым. Подумайте сами, никаких больше сомнений, никакой депрессии, никаких кошмаров. Согласитесь, привлекательная перспектива.
— Ага, — Эйн зло оскалился в улыбке, хотя ему совсем не было весело. Он думал о том, что сразу после плена, когда страдал от кошмаров… если бы к нему пришли илирианцы, вполне возможно, он на все бы согласился. Лишь бы больше не видеть Рьярру каждый раз, как закрывает глаза. — Привлекательная перспектива. А взрывчатка в голову идет бонусом? Или о ней «примечательным экземплярам» не рассказывают?