Войска Герии не трогали мирное население, и акций устрашения не проводили, зато на солдатах отыгрывались по полной. Как-то это было записано у них в кодексе. Что-то вроде: тот, кто взял в руки оружие должен быть готов умереть. Или какая-нибудь еще пафосная ерундень.
Эйн проговорил с девчонкой два часа и все равно так и не запомнил ее имени, и чувствовал себя мудаком, за то, что все время сравнивал ее с Марой.
Девчонка намекала, что ей хотелось бы большего — несколько раз кидала на Эйна взгляды из-под ресниц, брала за руку — немного скованно и неловко, было видно, что она к такому не привыкла.
Мара бы, наверное, на ее месте не стала ходить вокруг да около, намекать или ждать, пока Эйн сделает первый шаг. Она бы просто сказала: «Я хочу тебя, Габриэль. Иди, сними номер».
Ну или что-то вроде, на самом деле Эйн понятия не имел, как у герианок было принято.
В конце концов он извинился перед девчонкой в баре, совершенно неубедительно отговорился тем, что завтра рано на работу и позорно сбежал.
А потом валялся на матрасе в квартире, маялся от какого-то безысходного возбуждения, и пытался думать о ком угодно, кроме Мары. В тот раз он так и не уснул, и под утро все-таки сдался — потянулся рукой к члену, и кончил буквально через пару движений, представляя, как Мара берет у него в рот.
Получился такой вот утренний ритуал Габриэля Эйна, который повторялся с завидной регулярностью, откуда только силы брались.
Герианские войска на улицах как будто затаились, не было ни рейдов, ни внезапных проверок. Льенна Элера понимала в какой заднице теперь ее ручное Сопротивление и давала им время восстановиться. Эйн не жаловался, и старался выжимать из передышки все возможное.
Больше всего проблем было с транспортом — Рьярра знала слишком многое, и с ее знаниями для герианской разведки не составило бы труда вычислить и отследить все на чем ездили повстанцы. Не просто посадочные коды или регистрационные номера — плевать на них, можно было перебить новые — а уникальные штрих-частоты связи, которые у каждого бортового передатчика были свои. А эти штрих-частоты на любом навигаторе отображались, если знать, что отслеживать.
Эйн пытался продать по-тихому все, что еще можно было продать гражданским, и купить новые скайлеры и флаеры, но все, что он покупал впопыхах, да еще и тайно, неизбежно уступало в скорости и маневренности нормальным машинам, и необходимость ужиматься бесила до красной пелены перед глазами. Эйн ходил злой, едва держался, чтобы не срываться на окружающих, и казалось, что только он один удерживает Сопротивление от раскола.