Но всегда оставался шанс, о котором Эйну не нравилось думать, что Мара могла пробить щиты и силой получить информацию.
Как Рьярра.
Думать об этом не имело смысла, поэтому Эйн откладывал собственные страхи подальше и занимался делом.
Находил новых людей, убеждал, уговаривал, иногда угрожал, выбивал новые электронные документы, менял поставщиков оружия, присматривал другие штаб-квартиры и самое главное — переводил деньги со старых счетов на новые. Война, в том числе и партизанская, требовала очень больших вложений, а оружие и амуниция, к сожалению, не покупали себя сами.
Эйн заваливался в квартиру ночью, падал на застеленный спальником матрас, собираясь моментально отрубиться и перед сном всегда думал о Маре. Интересно, где она? Чем занята? Гоняет, наверное, своих герианских мужиков, чтобы не сачковали на работе. Или стреляет в тире — интересно, как часто у нее тренировки? Может быть, взяла флаер полетать и смотрит на Землю сверху, на огненное море светящихся окон, реклам и фонарей.
Эйн вообще слишком часто о ней думал, стоило появиться хоть одной свободной минуте. Метка создавала опасное, иррациональное ощущение близости, с которым Эйн боролся как мог, но раз за разом проигрывал.
Ну и конечно, он постоянно вспоминал ту ночь в мотеле. Как классно было с Марой, как она целовалась, уверенные движения ее руки.
После нескольких лет отвращения, стыда и чувства вины, тело наконец-то проснулось и требовало женщину.
Ту самую женщину, с которой было так классно, от которой срывало крышу и хотелось еще. Подкатывая к другим Эйн не мог избавиться от навязчивого ощущения неправильности.
Он все равно попытался, просто чтобы доказать себе, что все еще нормальный мужик. И что, когда нормальный мужик хочет — все у него получается.
Даже специально выкроил время, которого отчаянно не хватало.
Но вышло не очень. Девчонка в клубе, к которой он подкатил, была классная и красивая, светловолосая блондинка с офигенными сиськами. И она была хорошая, просто по-человечески хорошая. Работала на какой-то скучной работе, старалась держаться от герианцев подальше — они пугали ее, и она не понимала новые порядки, которые хотели сделать из нее «главу семьи» или «защитницу дома».
Эйн узнал это все, хотя вообще-то собирался просто приятно провести время в горизонтальной плоскости.
Девчонка пришла в бар с той же целью. Ей было одиноко, и хотелось отвлечься от того, как на Земле все вдруг перевернулось. Таких как она война почти не задела, их с другими гражданскими постоянно эвакуировали из точки в точку, а потом пришли герианцы, и просто все стало иначе.