Мара была верной, преданной до фанатизма — вот только служила она лично Льенне, а не Герии. И именно ради Льенны делала то, что считала должным.
— Даже если так, Зайн знает только о метке. Не о том, что ты сделала. Чем это грозит?
Она покачала головой, задумчиво царапнула подлокотники кресла кончиками ногтей, и Эйн мимоходом подумал — могут остаться царапины:
— Сама по себе метка не преступление. Никому не приходило в голову, что кто-то поставит ее человеку, и закона против нет.
— Сейчас я точно услышу какое-нибудь «но».
Эйн уже забыл, когда в последний раз в его жизни что-то шло гладко. Без постоянно нависшей угрозы и стойкого ощущения надвигающейся катастрофы.
— Наша метка обоюдная. Она может привести к утечке информации. Так она устроена.
— И, если ублюдок сдаст тебя Императрице, он приплетет к этому предательство. Отличный повод избавиться от Зайна. Не нужно было вообще оставлять его в живых.
Мара долго смотрела на Эйна прежде, чем ответить:
— Он догадался не сам. Ему сказала Рьярра. Она знает, что твоя метка перестала действовать, и знает, что ты жив. Вычислить остальное не сложно.
Эйн заставил себя сидеть ровно, не дергаться, не стискивать пальцы. Не выдавать себя, хотя и понимал, что зря старается. Мара могла его чувствовать.
— Избавить меня от ее метки мог кто угодно другой. Не обязательно ты. И это ничего не доказывает.
А даже если и доказывало, Рьярра ведь не могла просто прийти и признаться, что пометила человека первая. И что игнорировала информацию о Сопротивлении.
— Чтобы заменить чью-то метку своей нужно быть сильнее, — Мара коснулась кончиком ногтя своего виска. — На планете не так много дев, и всего две сильнее Рьярры.
— Ты и Льенна, — сказал он.
— Да.
Он никогда особо не задумывался, как работают их ментальные штучки. Нужны ли на это силы, и как это ощущается девами. Он и не хотел об этом знать, даже вспоминать не хотел.
— Рьярра сможет обернуть это против тебя? — спросил он.
— Если она попытается, я выдам, что она скрывала информацию о Сопротивлении, — невозмутимо заметила Мара.
Эйн не спрашивал ее об этом раньше, хотя думал уже не раз:
— Почему ты не сделала этого сразу? Раскрыла бы Стальную Суку и не пришлось бы рисковать и связываться со мной.
Он уловил, как потемнели ее чувства — как прикосновение грозового облака. Как холодок по спине:
— Льенна запретила мне. Она считает, что пока в этом нет нужды.
— Нет нужды? — Эйн недоверчиво фыркнул. — Рьярра собирается ее убить. Самое время пошевелиться.
Он что-то упускал, что-то важное — последний фрагмент картинки. И не мог понять, что.