— Но попробовать попробую. Не пропадать же.
Мара молчала, но Эйн чувствовал ее эмоции в тот момент довольно отчетливо. Ситуация ее забавляла.
— Я угостил шоколадкой тебя, теперь могу есть твою еду. Это честно, — он даже себе не смог бы объяснить, почему оправдывается. Рядом с Марой сложнее было чувствовать себя нормальным мужиком, который пришел к девчонке пожрать и поваляться в койке, и намного проще каким-нибудь альфонсом.
— Мы не успели ее съесть, — Мара склонила голову, спокойно добавила. — Ты ничего мне не должен. Мне выгодно следить за тем, как ты питаешься.
Делать ей было нечего. Все-таки поесть хотелось, с каждой секундой все сильнее.
Эйн почему-то чувствовал себя так, будто поиграл — в чем-то незначительном, так, по мелочи. Но все равно это раздражало.
— Ты сама-то хоть ела? — он решил не выделываться и раскрыл контейнеры с едой, осмотрел придирчиво. Все оказалось не так уж плохо. И мяса было достаточно.
— Да.
Эйн кивнул, зачерпнул еды ложкой и сунул в рот. На вкус оказалось пресновато, но съедобно. Мара, видимо, решила, что разговор себя исчерпал, легла обратно и отвернулась к окну.
Эйн почувствовал смутное облегчение. Он и без того вымотался за день, на разговор и расспросы сил не оставалось.
Было странно и немного неловко понимать, что он сидит в квартире герианки, ест герианскую еду и собирается остаться на несколько дней. Эйн никогда не жил с женщиной. Просто как-то не складывалось. С теми, с кем могло получиться что-то серьезное, он всегда расставался раньше. Даже радовался этому — не нужно было ждать, пока она заберет вещи, терпеть неловкость и ужиматься. Он всегда ревностно охранял свою территорию, и, наверное, если бы это Мара к нему пришла, решила бы остаться дольше в его квартире, Эйн очень быстро начал бы раздражаться.
Но случилось наоборот.
— Эй, — позвал он. — Тебя не бесит, что я вернулся?
Он почувствовал удивление Мары еще до того, как она обернулась, поинтересовалась с интересом:
— Потому что ты меня разбудил? Я не злюсь на такие вещи, Габриэль.
— Нет, потому что буду есть твою еду, спать на твоей кровати и поживу тут, пока не найду ничего получше.
— Это твоя еда. Я заказала ее специально. На кровати достаточно места для нас двоих.
Эйн фыркнул недоверчиво:
— А чужой мужик на твоей территории — это так, ерунда и не стоит внимания?
— Ты не чужой мне, — ровно отозвалась она. — Ты носишь мою метку.
— Ну да. А еще я нужен тебе и твоей Наместнице.
Мара не стала спорить:
— Как и мы тебе. Если это все, я продолжу спать. Мне рано вставать, Габриэль.
Больше он не пытался с ней заговаривать, и чувствовал себя тем еще ушлепком. Все-таки Маре и без его идиотских вопросов было нелегко.