Эйн мог только надеяться, что она не просчиталась. Потерять Тану было бы катастрофой.
— Господин генерал, они убирают войска!
Картер сплел пальцы перед собой, положил подбородок на сцепленные ладони, следя за происходящим на экранах.
Илирия срочно сворачивала наступление в городах, войска возвращались к их мобильным Вратам, улетали за границы городов, оставляя за собой трупы и разруху, которых — объективно — могло быть намного больше.
— Зачем? — самому себе под нос пробормотал аналитик справа.
— Нашли цель поинтереснее, — спокойно отозвался Картер, прищурился. — И не боятся ведь, что просто не влезут.
— Не влезут куда, господин генерал?
— В торговый центр «Нексты».
Картер откинулся на спинку кресла и указал на виртуальный экран, где все сливалось в невнятную красно-черную мешанину. Почти абстрактное полотно боя.
Где мелькала белая женская фигура.
Картер улыбнулся:
— В этой партии пришло время ходить королевой.
— Вы хотели сказать «ферзем»?
— Пусть ферзем, — легко согласился Картер. — Только бы ходить, а не разменяться.
Режим зрения в его личном компе менялся автоматически, ночной включался даже без уведомления — тонкий виртуальный экран поверх глаз, какой стандартно использовали земные военные. Эйн так к нему привык, что замечал не сразу.
И понял, что резко стемнело с запозданием, когда Ойлер вскинул взгляд вверх, а потом схватил их с Марой и потащил назад, к Вратам.
Эйн открыл было рот — огрызнуться «что ты вообще творишь?», но заткнулся, когда тоже поднял голову.
Вокруг резко потемнело, потому что все пространство над головой перекрыли илирианские войска.
«Да сколько их тут? Они все свои войска приволокли?»
И будто в ответ на его мысли из вражеских Врат тоже хлынул поток илирианцев.
Дальше Эйн ничего не успел рассмотреть, Ойлер подтащил его к Вратам, чуть ли не швырнул сквозь, накатило чувство дезориентации, как часто бывало при переходе, а следом злость: бляста, там же осталась Тана, она…
— Уймись, приятель Эйн. Мы туда не вернемся.
— Тана там.
— И все ее рабы. Поверь, ты будешь только мешаться.
Мара рядом пыталась отдышаться, зажимала ладонью рану на плече, и цвет ее кожи — выбеленный серый, как пепел, выдавал как много крови она потеряла.
Ей нужно было в медкапсулу.
Им всем, если уж на то пошло.
Врата загудели, завибрировал воздух, и прямо на глазах Эйна они деактивировались.
— Что… что за.? Тана!
Он дернулся вперед, уже понимая, что это бесполезно.
Путь к ней закрылся.
Почему? Что-то уничтожило временные Врата с той стороны? Или произошел сбой здесь?
Мысли бились в голове, он перескакивал с одного на другое, но тело действовало само, какая-то часть — вымуштрованная, закаленная в боях — оставалась спокойной.