Заряд прошил грудь противника насквозь, обнажая механизмы вперемешку с внутренними органами.
Справа от Зайна ожил виртуальный экран связи: несколько оповещений от других бойцов.
Илирианские химеры перехватили их на подлете к торговому центру. Подкрепление не могло прорваться.
Он поднялся, внимательно оглядываясь.
Могли ли илирианцы скрывать что-то в этом здании? Или просто хотели избавиться от герианской разведки?
— Вы в порядке? — к нему подбежала Дана Таллис, наклонилась поднять что-то с пола.
Нож, который Зайн ей давал.
— Да.
Он отобрал у нее оружие, нахмурился, когда заметил, что вокруг женщины плавало несколько виртуальных экранов.
Что-то административное? Так люди оформляли общественные системы.
— Идем. И убери это.
— Понимаете, я подумала, что…
Зайн прервал ее — люди слишком много говорили. Особенно женщины:
— Убери.
Краем глаза он уловил движение, и среагировал интуитивно — толкнул женщину вбок и кинулся следом.
Жар заряда опалил спину, но боли не было.
Зайн повернул голову.
Простреленный илирианец медленно поднимался, двигался резко и ломано.
Женщина под Зайном потянулась рукой к виртуальному экрану у себя над головой. Очередная человеческая глупость, но осаживать было некогда.
Зайн выстрелил в илирианца снова — тот успел пригнуться, и заряд пришелся в плечо, не попал в голову. Оплавил ларралы, но даже не замедлил.
И Зайн видел, что от ответного выстрела сам уже не увернется.
В его жизни были такие моменты — замедления. Осознания опасности и надвигающейся смерти.
И он остервенело говорил себе: двигайся, двигайся, ты сможешь.
Тело не успевало за восприятием.
Мелькнул росчерк заряда. И внезапно серебристая тень — одновременно с ним.
Прямо перед Зайном возник скайлер.
Выстрел из игольника пришелся в корпус полетника, осыпался искрами, громыхнул.
И в следующий миг слух уловил то, что не замечал раньше. Гул оживших полетников вокруг.
Илирианец неуклюже повернулся.
А потом стоявшие в зале флаеры ринулись к нему, сбивая и ломая ларралы, перемешивая мясо и механизмы. Размытые, стремительные тени. Слишком большие, чтобы увернуться.
Зайн обратил внимание на то, как прерывисто и взволнованно дышала Дана Таллис.
Она чуть повернула к нему голову и произнесла:
— Правду говорят. У «Нексты» самые быстрые флаеры.
В наступившем молчании гудели полетники, человеческая женщина мялась, снова подняв нож.
Зайн пытался понять:
— Как? — спросил он.
Дана Таллис бросила на него быстрый, нервный взгляд — человеческие женщины часто позволяли себе выглядеть слабыми, выглядеть испуганными, и это обескураживало:
— Это из-за аварийных медицинских кодов, — сказала она. — Их применяют в военных зонах. Когда бывает нужно переключить управление полетниками на себя. Нам же людей вытаскивать. Я подумала, может, что-то из техники в городе уцелело. Вдруг удалось бы забрать с собой.