На полпути к новому убежищу их встретил человеческий патруль — отряд из войск Картера, проводил до базы.
Люди косились на герианцев, на Ойлера. Может, гадали, стоит ли им верить. Может, делали ставки, все ли доживут до медкапсулы.
Мара пришла в себя, но смотрела невидящим взглядом только вперед, и сознание ее было отгорожено непроницаемой глухой стеной.
Эйн иногда пытался коснуться, хотя бы поделиться чувством собственного присутствия, молчаливым: я рядом.
Но вряд ли она чувствовала.
На новой базе — тоже подземной, как и многие военные комплексы, герианцев и людей было поровну. Эйн выцепил взглядом несколько знакомых лиц, узнал бойцов Рьярры. И неприятно царапнулась мысль, что герианцев он теперь узнавал в лицо. А вот люди были незнакомые.
На ближайшем причале стояли Тана и Картер, переговаривались о чем-то: но с такого расстояния слов было не разобрать. Еще поодаль Эйн заметил Зайна.
Рьярры нигде не было, и Эйн поймал себя на мысли — а если и она не выжила? И странно было осознавать, что он больше не желал ей смерти. Что… хотел бы увидеть ее живой.
Эйн опустил скайлер на посадочную площадку, слез, баюкая человеческую руку ларралом. Сквозь отупляющую усталость он едва ощущал боль, она пульсировала в выбитом плече.
Ойлер приземлился тоже, легко соскочил на пол и взял Мару на руки. Она вяло попыталась встать, потом утихла, показалась на миг мертвой. И Эйн мотнул головой прогоняя наваждение. Они выжили.
Они втроем, и те немногие герианцы, которые летели вместе с ними.
— С возвращением, Габриэль Эйн, — Тана подошла ближе, Картер тоже — застыл за ее плечом. Взгляд у него был, будто у командира, который рассматривает оборудование.
Эйн не удержался, усмехнулся ему и отсалютовал.
Нравится тебе, генерал? Или мы не оправдали надежд?
Под усталостью и болью внутри Эйна кипела злость. На себя и на то, что случилось. На то, что не справился.
Картер кивнул в ответ без улыбки, добавил от себя:
— Хорошо, что живой.
Волна боли — горя, темного и тяжелого — что накатила изнутри, была чужая. Отголосок чувств Мары, которые она не смогла удержать за стеной. Но Эйну стоило труда не отреагировать. Он заставил себя сконцентрироваться на деле:
— Модуль успел хоть что-нибудь передать?
— Почти ничего, — мягко и мелодично отозвалась Тана. — Данные пока на расшифровке.
«Почти ничего». Смерть Льенны выиграла им только это.
— Но это не важно, Габриэль Эйн, — добавила она. — Другой отряд вычислил вторые мобильные Врата. От них удалось получить больше.
Эйн дернулся. Не ожидал это услышать, даже подумал, что не так понял.