Приятель Эйн перехватил его за руку — сжал слабо, на большее сил не хватило.
И видеть его таким слабым тоже было неприятно.
— Подож…ди… Гал…лара, — приятель Эйн трепыхался, пытался что-то выдавить из себя, и Ойлер улыбнулся.
— Побереги силы, приятель Эйн. Понадобятся, чтобы отблагодарить меня как следует. Позже.
Его приятно было дразнить.
— Гал…лара… не…
Ойлер вскинул бровь, посмотрел на приятеля Эйна сверху вниз. Забавно, тот был такой слабый, но так упорно трепыхался.
— Верь мне. Разве я не твой любимый монстр?
Ойлер подмигнул и направился к внешней двери.
Перед тем как раскрыть крылья, он обернулся.
Эйн тянулся к нему, упрямо шептал что-то беззвучное — хотел добавить что-то еще, что-то наверняка неважное.
Ойлер отсалютовал ему шутливо, расправил крылья и ринулся вниз.
Зайн подпустил илирианцев поближе, увел флаер в сторону, избегая новых зарядов, и дал залп из главных орудий.
Илирианцы плавно ушли в стороны, и тут же им наперерез спикировала Салея.
Зайн увидел, как она развернула полетник, сделала несколько выстрелов. И воспользовался моментом: поймал на прицел илирианца, который увернулся от этих зарядов.
Почти. Зайн почти попал, заряд задел край крыла, и илирианец отклонился в сторону, завертелся вокруг своей оси.
Его добил выстрел одного из флаеров поддержки.
Два оставшихся илирианца воспользовались моментом, подобрались ближе — и им наперерез рванулись рабы Императрицы.
Они не стреляли, спикировали с разных сторон — пролетели как лезвия, Зайн увидел, как нападавшего разорвало на части.
Кружась они полетели вниз к земле.
На мгновение все застыло, а потом в воздухе засвистели новые заряды, другие илирианцы поднимались снизу, с плантаций, и скоро стало не разобрать — заряд ли это, противник ли.
Зайн лавировал в воздухе, уводил флаер из-под атаки, стрелял, когда в перекрестие прицела попадал враг, и отчаянно следил за тем, чтобы не потерять из виду полетник с человеком.
В какой-то момент — Зайн пропустил — к бою присоединился Ойлер.
Техника не успевала за ним следить, он был быстрее илирианцев Галлары. И быстрее рабов Императрицы.
Но противников становилось все больше и больше.
Несколько флаеров Императрицы раскрылись, выпуская новых механизированных рабов наружу, те закружились роем.
Что-то полыхнуло в воздухе. Защитные экраны сработали в последний миг — Зайн был уверен: иначе, выжгло бы глаза.
Мигнул виртуальный экран — начал сбоить, включая и выключая метки, и стало сложно разобрать, кто враг, а кто на их стороне.
Зайн заметил краем глаза движение над головой, на мгновение свет солнца заслонил новый полетник, и словно в замедленной записи Зайн увидел, как из кормового отсека посыпались белые сферы.