— Мир меняется, нужно быть готовым ко всему. Правда, приятель Эйн? Ты хорошо подготовился?
— Не переживай. Нормально.
За спиной Эйна с тихим присвистом дышал в респиратор один из ручных уродов Ойлера. Какой-то отморозок с большим тесаком за поясом и в кожаном фартуке. Фартук был заляпан бурым и вонял застарелой кровью.
Если бы у Эйна было оружие, он бы развернулся и просто расстрелял ублюдка. И Ойлера за компанию.
И, наверное, всех, кто копошился, жил и работал в этом провонявшем тухлым мясом аду.
— Мы почти пришли, приятель Эйн. Наш личный театр дальше. Ты должен быть польщен, нам с тобой достанутся лучшие места. Посмотрим на твою женщину в действии. Обычно я собираю людей в зале, но сегодня мы не станем никого отвлекать от работы. Все заняты.
Когда Эйн увидел Коридор Должников, он подумал, что название не имело ничего общего с действительностью, да и рассказы наврали. «Коридор» на самом деле был узким белым мостом из гладкого строительного пластика. Ни поручней, ни единого декоративного элемента, даже ловушек, о которых так любили трепаться в трущобах не было. Только ослепительно белый, чистый пластик, который в убежище Ойлера казался каким-то стерильно-мертвым.
«Коридор» вел к круглой платформе на которой расположилось одно единственное белое кресло.
— Все очень просто, милая. Мы с твоим Габриэлем будем ждать тебя там, — сказал Маре Ойлер, указывая на платформу. — Тебе только нужно дойти. Хочешь, дам тебе оружие?
— Дай мне кнут. Если он у тебя есть.
«Что ты творишь? — подумал Эйн. — Он поймет, кто ты».
А потом до него дошло, что Ойлер и так знал. Понимал, что Мара герианка, и именно по этой причине не торопился снять с нее блик-маскировку и выяснить, кто именно ему попался.
Интересно, что его останавливало?
— Конечно, есть. Разве я похож на человека, у которого нет кнута?
Он наклонился к ней, слишком близко, навис — гибкий и хищный, и Эйну захотелось вырвать ему руки — глубоко вдохнул ее запах, а потом коснулся губами ее лба. Мара не пошевелилась, не отдернулась. И внутри она была спокойной и собранной.
— Удачи, милая. Я буду ждать и молиться, чтобы тебя не убило по дороге.
Потом Ойлер выпрямился, подмигнул и рассмеялся:
— Шучу. Я надеюсь, ты сдохнешь в крови. Не могу же я так просто расстаться с деньгами, которые мне должен приятель Эйн.
Если бы Эйн хотя бы допускал мысль, что сумеет, он бы спихнул ублюдка с моста. Кажется, внизу были колья. И клетки, почему-то пустые.
— Не навернись по дороге. А то шоу не выйдет, — буркнул он Ойлеру в спину, но тот даже не обернулся:
— Не бойся за меня, приятель Эйн. Я отлично сохраняю равновесие.