Тана беззаботно улыбнулась:
— Хорошо, что они у меня есть. И не переживай человек. Этот гость по-своему уникален. Вряд ли таких, как он, много.
Эйн это и сам понимал:
— Было б их много, — отозвался он. — В атаку сразу послали бы их.
Но на Агарре им встречались обычные илирианцы на которых действовала эмпатия.
— Я из первых, — безразлично, спокойно сказал вдруг изувеченный илирианец. — Скоро появятся еще.
Тана покачала головой:
— Расскажи мне. Все, что знаешь.
Эйн поймал себя на абсурдной мысли — они ведь даже не могли толком допросить этого ублюдка. Тот не боялся ни боли, ни смерти. На него не действовала сила дев.
Как Тана собиралась выбивать из него информацию?
— Ты увидишь сама, — пообещал илирианец. У кого-то другого это могло бы прозвучать как угроза. Не у него. Он просто констатировал факт.
— Неправильный ответ, — мягко отозвалась она. Отступила на шаг и обратилась к Эйну. — Я заберу его и займусь остальными. Найди своих, человеческий мальчик, и возвращайся на Землю.
— Я забираю с собой своих герианцев, — упрямо сказал он. Мотнул головой в сторону Нагары. — И его, и его семью.
Тот не спорил, наверняка понимал: что и Аре, и его дочери будет безопаснее на Земле. По крайней мере, пока.
— Я уже отдала их тебе, — безразлично напомнила Тана. — Я не забираю подарки обратно. Иди, всю информацию я пришлю твоей деве.
— Ойлер тоже мой, — угрюмо сказал Эйн. Понимал, что наглеет, но понимал и другое — Ойлер существенно повышал их шансы на выживание.
— Как романтично, приятель Эйн. Ты наконец-то признал, что мы не чужие друг другу, — конечно, ублюдок не смолчал.
— Забирай его, человеческий мальчик, — безмятежно сказала Тана. Эйн опешил. Не ожидал, что она согласится так быстро.
Она ведь не могла остаться одна, без охраны, тем более, если вокруг расхаживали носители чипов и илирианцы с устойчивостью к эмпатии?
И, если уж на то пошло, что насчет пойманного агента? Она же не собиралась его лично тащить в камеру?
Тана вдруг фыркнула от смеха — не так, как она смеялась обычно, а по-настоящему.
— Ты забавный.
Он услышал звук — едва уловимый, металлический, и через мгновение по бокам от нее оказались два илирианца. Они возвышались над ней, застыли, как молчаливые стражи.
И Эйн почувствовал себя очень глупо.
Конечно, она подстраховалась. Конечно, кроме Ойлера привела и другую охрану.
— Я ничего не говорил, — угрюмо буркнул Эйн.
— Верно, — она точно знала, о чем он подумал. И ее это развеселило.
— Забирай свою игрушку, а мы пошли.
Должно быть, бойцы Таны и охрана Дворца оттеснили нападавших в другой сектор — взрывы звучали все дальше.