Эйн вспомнил девчонок Ойлера — которых ублюдок так любил гладить по головам, как собак, которых без колебаний взорвал, потому что ему было это выгодно. А ведь девчонки Ойлера, если сравнить их с обычными носителями чипа, они были намного сильнее.
И все же что-то не складывалось. В общей картине не хватало деталек.
«Две минуты, не больше, — шепнул Эйн Маре мысленно. — Спустимся еще на ярус ниже, и уйдем».
Он прикинул возможности для закладки взрывчатки. Им бы хватило взорвать комплекс, но взорвать врата? Так, чтобы наверняка?
Эйн сомневался, что они смогут подобраться так близко.
Они обманули датчики, камер тут не было, но первый же агент илирианцев засек бы их собственными глазами.
«Долго», — отозвалась Мара. — Лишний риск'.
Еще один лишний риск, Эйн был с ней согласен. Мара предпочитала действовать наверняка. Но эту операцию вела не она, и боевого опыта — опыта диверсий и проникновения на объекты у Эйна было больше.
«Две минуты», — повторил он. И сделал знак остальным двинуться вперед.
Они перемещались короткими перебежками, и Эйн отмечал про себя — проходы в боковые помещения, прислушивался невольно, пытаясь уловить любое движение за одинаковыми металлическими дверьми. Как-то илирианцы и их агенты должны были их различать, но никаких пометок нигде не было. Ни одного маркера — ни номеров, ни указателей.
Эйн не мог говорить точно, но предполагал, что разметку отображал личный терминал напрямую в мозги каждому, кто тут работал. Ну, или не личный терминал — чип, имплант, какой-нибудь хитрый ларрал, которыми так гордились Ойлер и ему подобные.
Зайн сделал знак остановиться, и Эйн притормозил, нахмурился, когда тот сложил руки незнакомым жестом — коротким, неуловимо привычным, явно что-то из герианских обозначений. Леннер его явно не знал тоже, нахмурился.
В мыслях Мары промелькнуло понимание: Зайн собирался использовать следящий мини-бот, ставил в известность и давал Маре и Эйну время запретить.
Мара кивнула, коротко, и спокойно. Эйн напрягся — если уж зашла речь о рисках, следящий мини-бот мог их выдать похлеще случайного датчика — и не успел ничего сказать.
Зайн неуловимым движением метнул кругляшок бота — небольшой, размером с ноготь указательной руки. Меньше секунды — мелькнула серебристая поверхность, бот вылетел за границу ограждения и вернулся.
Меньше полного пролета, но он фиксировал в памяти информацию со встроенной камеры, показания о составе воздуха — чтобы потом проанализировать запахи, примеси от транспортного топлива. Последнее могло вообще о многом сказать, кто летал между этих ярусов, как давно. В идеале — как часто.