Лагнер кричал что это неправда, пока из него вырезали первый чип. Что это не настоящее.
Время поджимало и Эйну предстояло решить, как действовать.
Он мог напасть, воспользоваться элементом неожиданности.
Пристрелить Маркуса и разобраться с охраной, получить два чипа для изучения, и медика, который умел их ставить в придачу.
И потенциально, выдать себя и то, что проследил за ними — если чипы транслировали информацию.
И он понятия не имел, что делать после с Лагнером.
— Для чего он вам понадобился? — спросил медик, сделал еще один аккуратный надрез. Головной фиксатор держал голову Лагнера абсолютно неподвижно.
Маркус не стал скрывать, ответил бесстрастно:
— Он убьет Шелен Картер.
— Баба из Комитета? Она здесь при чем?
Кем бы ни был медик, он явно занимал не последнее место в планах илирианцев.
«Можешь записать их?» — мысленно спросил он у Мары. Сам не рискнул включить запись. Некоторые сканеры записывающей аппаратуры ставились отдельно. И их легко было пропустить — и выдать себя.
Но вряд ли сканеры в этом здании были рассчитаны на герианскую технику.
«Могу», — отозвалась она, сделала едва уловимый жест в воздухе: герианцы часто настраивали свою технику на дополнительное управление, без вызова виртуальных экранов — на скрытые жесты.
Люди тоже, но реже.
Эйн, когда пользовался компом без виртуального экрана, чувствовал себя странно. Знал, что техника работает, но не видел, как именно она работает, и от того напрягался — что, если не включилось, что если произошла системная ошибка или сбой?
— Она слишком много знает. Шелен Картер может помешать постройке врат, — сказал Маркус. И Эйн напрягся.
Он не высокого мнения был о Картер, в отличие от ее брата, но не верил, что она связалась с илирианцами.
И сомневался, что она станет разнюхивать что-то о них лично, так, чтобы на нее вышли.
Однако Лагнеру — точнее тому, что им управляло — это удалось.
Зачем Шелен Картер вообще полезла узнавать про илирианцев, и если вышла на врата — Маркус наверняка говорил о новой Точке Перехода — почему не сказала?
Эйн собирался расспросить ее об этом лично.
Картер передвинулся к нему ближе, сказал тихо:
— Мы можем напасть.
Эйн посмотрел на него внимательно. Предстояло принять решение.
И Картер был лично заинтересован, чтобы избавиться от Лагнера. Тот угрожал его сестре. Той еще суке, но все же члену семьи.
— Если уходить, — на пределе слышимости прошептала Саманта, — то сейчас. Иначе не успеем вернуться.
«Он может сказать что-нибудь еще, — мысленно передала Мара. — Я задержусь. Уходите без меня».
Она не сомневалась, что выберется.