— Ты красивый. Будь ты герианцем, ты был бы одним из лучших.
Эйн устало сбросил ее руку:
— Говори уж… прямо. Я провалил… твой тест.
— Нет, — мягко, ласково шепнула она. Коснулась губами его лба. И Эйн ненавидел себя за то, что подумал в тот момент: мама. Как же мерзко действовала ее сила. — Ты лучше, чем я о тебе думала. Лучше, чем мне говорили. Какой ты красивый, какой удивительно… непривычно красивый. Но красота не выигрывает войну. И люди не выиграют ее тоже.
Она встала, накинула одежду:
— Герия уходит с Земли, Габриэль Эйн. Живите и умирайте, оставаясь собой.
Последним, что Эйн услышал, прежде, чем накатили чернота и усталость, был тонкий удаляющийся перезвон ее браслетов.
Габриэль, очнись.
Габриэль, это важно, ты должен проснуться.
Голос Мары доносился будто издалека, пробивался сквозь плотные слои ваты. И Эйн тянулся к ней, сквозь черноту и холод.
Он пришел в себя в зале с бассейном, на одной из скамей возле воды.
Мара сидела на полу рядом с ним, сжимала в руках рукоять кнута, а неподалеку стояла Рьярра. И Рьярра была в ярости. За долгие месяцы в плену Эйн отлично научился различать ее настроение.
— Что ты сказал ей, мальчик? Она была готова помочь Земле, готова выслать войска. Я убеждала ее лично. Но одна встреча с тобой — и Герия уходит.
Льенна тоже была рядом, выступила вперед, загораживая от Рьярры и его, и Мару:
— Дело не в нем. Императрица принимает решение сама. Слова одного человека ничего не значат.
Она была права. Не слова Эйна повлияли на решение Таны, а то, каким он был.
— Он не один человек, — Рьярра усмехнулась, криво и горько. — Он — глава Сопротивления. Тот, кто отвечает за всех. Ты доволен, мальчик? Ты же так хотел избавиться от герианцев на своей планете. Поздравляю, тебе удалось. И теперь илирианцы перережут вас как детей.
Леннер на его месте был бы счастлив. Эйн, каким он был всего несколько месяцев назад — до встречи с Марой, до того, как узнал про илирианцев — пожалуй, тоже.
А теперь… теперь он не мог позволить себе расклеиваться. Гадать о том, что следовало сказать Тане, и как следовало себя вести, чтобы она помогла. Она сделала выбор.
Эйн сел на скамье, устало потер лицо ладонями:
— А потом эти ублюдки придут к вам, как только построят Точки Перехода. Как планируете обороняться?
Рьярра промолчала, зло усмехнулась, но Эйн и без ее ответа неплохо все понимал:
— Герия вернется на Землю потом. Вы оставите Сопротивление разбираться с илирианцами, а когда они выкосят нас и завоюют планету, ударите свежими силами. Вот только успеете ли? Что, если они построят свою сеть переходов раньше?