— Вас растят совсем отбитыми на этой вашей Герии, — сказал Маре Эйн. — А ты рано нас хоронишь.
Как они говорили в «Коршуне»? Хоронить надо мертвых, а живые всегда могут спастись чудом.
Хотя уцелело их из всего отряда четверо.
Мара спокойно кивнула и предложила:
— Я знаю, о чем ты думаешь, Габриэль. Я могу помочь. Если у тебя сохранилось послание от Меррика, я его расшифрую.
— Я не хочу, чтобы ты его видела, — Эйн пожал плечами. Хотелось доверять ей — из-за метки. Он убеждал себя именно так: все это было только из-за метки.
— Я все равно не смогу его открыть. Нужен твой генетический код.
Да, для того Вайн Эйна и позвал. Жаль не дождался.
— Сколько у нас еще времени? — спросил Эйн. — Когда мы поговорим с Императрицей? Если меня, конечно, допустят. Я же всего лишь мужик. Человек.
Мара повернулась к нему всем телом, посмотрела прямо в глаза. Эта ее привычка нервировала: нечеловеческая, странная. Мара будто заглядывала внутрь, и неприятно царапалась мысль: а ведь она и заглядывала. Могла читать Эйна. Все его мысли, страхи, сомнения.
А он ее. Вот только ее научили никогда не сомневаться и не отступать.
Эйн мог бы ее задеть, сделать ей больно. Но не смог бы ею управлять.
— Ты неправ, Габриэль. Ты не понимаешь Герию, и не понимаешь герианцев. Императрица не станет смотреть на тебя свысока. Она станет смотреть на тебя, как на союзника. Достаточно ли ты силен. Хватит ли тебе опыта, умения, воли — победить.
— Она ничего обо мне не знает, — резко напомнил Эйн.
— Узнает, Габриэль. Это Императрица. Ей достаточно одного взгляда.
Правда в том, что Мара и не пыталась подсмотреть послание Меррика. Она верила Льенне, Императрице и даже Рьярре. И послание Меррика больше не имело для нее значения. Только будущая война с илирианцами.
А ведь ни Стальная Сука, ни Льенна не называли сроки.
Мара разблокировала герианский код — он был ей знаком, это не потребовало много времени. И Эйн понял: это тоже была подсказка от Меррика. Как негласное предупреждение — не подпускать Сопротивление к этим файлам, информация лично для Эйна.
Мара ушла после того, как закончила с кодом. А ведь совсем не боялась, что Эйн сбежит.
Он разблокировал генетическую блокировку. Файлов от Меррика было шесть. Одно, самое первое видео-послание называлось «посмотри меня».
Эйн криво усмехнулся. У Меррика всегда было странноватое чувство юмора.
Виртуальный экран развернулся в защищенном режиме: видимый и слышимый только для Эйна. Лицо Меррика — усталое, осунувшееся приблизилось, а потом отдалилось.
— Эйн, у меня мало времени. Слушай внимательно.