Его тошнило от самого себя.
Он отдернулся от ее присутствия у себя внутри, постарался отгородиться стеной, потому что не хотел, чтобы Мара чувствовала его таким.
— Могу. Я… нормально. Жить буду, полетели.
Она ничего не ответила, села на скайлер, и активировала двигатель.
Эйн устроился за ее спиной, уткнулся лицом в шею, выдохнул, долго и протяжно.
Он не имел права расклеиваться. Просто, бляста, не мог себе этого позволить. Не сейчас.
Мара плавно вывела скайлер с причала, подняла в воздух. Эйн держался за страховочные ручки и смотрел вниз, на удалявшуюся клинику, на сновавшие вокруг флаеры, и вдруг поймал себя на мысли, что хотел бы снова вернутся к морю. Чтобы хлестал в лицо ветер, и чтобы можно было запрокинуть голову и орать, и сорвать голос.
После стало бы легче.
Вместо этого нужно было связаться со своими, убедиться, что Леннер жив и смог уйти от людей Ойлера, узнать, что там с подпольным клубом, который обещал агентам Сопротивления убежище.
Пока они летели, Мара позвонила Льенне. Она активировала защитный звук-экран, и Эйн понятия не имел, о чем шел разговор, хотя и без того догадывался. Скорее всего, об ублюдке Ойлере, Сынах Икара и встрече с Рьяррой.
Мара вела ровно, быстро, но осторожно и умело, скорость почти не ощущалась.
Башни Северного Квартала показались на горизонте, непривычно темные и узкие. В просветах между ними можно было разглядеть прогулочные переходы, вившиеся змеями вокруг зданий, зеленые, укрытые прозрачными куполами городские сады. В этой части города их было неожиданно много.
Эйн поймал себя на мысли, что даже не помнит уже, когда последний раз был в саду. В настоящем, с растениями и землей, а не в виртуальной имитации. А в детстве их класс возили на экскурсию в промышленный лес — только тот был огромный и за пределами города.
Там легко было затеряться среди бесконечных, идеально ровных рядов деревьев, на прямых, покрытых строительным пластиком белых дорожках.
Теперь Эйн вспоминал об этом, сидя за спиной Мары, глядя прямо перед собой. Вспоминал старательно, чтобы не вспоминать и не думать больше ни о чем.
Скайлер описал дугу вокруг очередного нового мега-комплекса, спустился ниже на причал.
Эйн слез с сиденья, неуклюже зацепился рукой.
Мара обернулась, но сказала только:
— Идем, Габриэль. Здесь недалеко.
— Я в порядке, — невпопад ответил он.
Вот уже два года он врал себе.
Ему снились кошмары, у него было полно заморочек, но жизнь как-то продолжалась. Нужно было сражаться за Землю, и помогать Меррику, и «соберись, приятель, суки-герианцы не поубивают себя сами».