А в следующую секунду его снес скайлер — протаранил спину и швырнул в сторону Ойлера.
Ойлер уже ждал его, перехватил в воздухе и оторвал голову одним движением. С наслаждением раздавил череп в пальцах.
Жаль, не было времени поразвлечься еще.
В конце улицы возник мелкий илирианский флаер.
Главная добыча Ойлера.
Увы, добыча прилетела не одна.
За ней маячило с десяток военных ботов и трое илирианцев.
Ойлер улыбнулся и им, и подозвал скайлер к себе.
Он ушел внутрь здания, пробил пол, проскакивая на несколько ярусов вниз, и метнулся меж окон. Скайлер мелькал параллельно Ойлеру, подлетал ближе, чтобы сбить со следу навязчивых механических псов, но они упорно летели по следу. Как долбанные салочки, приятеля Эйна бы повеселило.
Ты смотришь же, верно, приятель Эйн? Тебе же наверняка интересно, что с твоим механическим котом.
И с твоей запасной деталью для Врат!
О, с ней все было в порядке.
Ойлер бросил ее в одном из зданий. Хорошо бы, она не пострадала.
Патруль илирианцев вызвал подкрепление, и назойливые точки сигналов подбирались все ближе и ближе.
Ойлер рассмеялся и выстрелил над собой, сквозь потолок. А потом пробил его рукой — рядом с дырой от выстрела: перехватил ножной ларрал илирианца и дернул на себя.
Обломки строительного пластика брызнули в разные стороны. Сквозь облако белесой пыли мелькнули механические крылья, усиленный позвоночник илирианца.
Ойлер пробил его насквозь и вцепился в ядро.
Шепнул доверительно:
— Бам.
И небрежно швырнул ядро в окно, переключая режим зрения.
Громыхнуло, и здание начало рушиться.
Ойлер выскочил наружу.
Минус один.
Еще одного он подловил у самой земли.
И еще одному оторвал руки. Пригвоздил ими же к стене.
Флаер дал залп, от которого Ойлер уже не успел бы увернуться. Как славно они друг на друга поохотились.
Ойлер ловил флаер, флаер — его. Как смешная шахматная партия.
Приятель Эйн, каким идиотом надо быть, чтобы лезть на игровое поле самому? Намного веселее управлять другими!
Скайлер, которым Ойлер управлял, успел закрыть его от залпа. Мощный луч заряда испепелил небольшой полетник и половину стены вместе с ним.
Но он выиграл доли секунды: Ойлер отключил собственные ограничители скорости для крыльев, стрелой метнулся вперед прямо над лучом заряда, и пробил полупрозрачное стекло флаера: его и горло илирианского пилота внутри.
— Привет, — хрипло шепнул Ойлер. А потом поддел стекло когтями и вскрыл, обнажая кабину.
Он вырвал тело илирианца из кабины, вышвырнул вниз, туда, откуда уже спешили боевые боты.
И уселся на свободное место. Бок пульсировал болью, до дрожи хотелось смеяться.