Часть из них собрались в крупные, чуждые формы, напоминали гигантских механических насекомых.
Другие ползли по отдельности.
Эйн сначала услышал, не увидел — разведывательный бот передавал звуки еще хуже, чем изображение. И потому звук поначалу показался просто гулом. И только потом стало понятно: полетные двигатели.
Некоторые из химер в гротескной механической конструкции могли летать. И тащили в небо всю эту проклятую махину.
Эйн смотрел, как она отрывается от земли, медленно, неповоротливо, но все же взлетает. И хотел материться.
И думал о том, как же с проклятыми илирианцами раз за разом случается какая-нибудь срань. Теперь еще и летучая.
— Надо сообщить Льенне, — тихо сказала Мара. — Эти химеры напрявятся на наши базы. Нужно задержать их в пути.
— У Льенные вообще хватит людей? Так войска разделять, — Эйн поморщился.
— Солдат, — прохладно поправила Мара. — Войска Льенны не люди.
Нашла время оскорбляться за своих герианцев. Эйн же просто оговорился.
Она продолжила:
— Хватит ей сил или нет, нельзя дать им добраться.
Вот только для них в приоритете были Врата. И остаться незамеченными.
А для того, чтобы связаться с Льенной стоило отлететь чуть. Иначе их могли засечь, они и так рисковали, когда подобрались близко.
Мара выцепила из воздуха виртуальный экран с картой, приблизила нужную область, и указала кончиком когтя.
Эйн бросил один единственный взгляд, и сказал:
— Нет. Нет, это дичь. Я не знаю, это обезбол на тебя действует или еще что, но там даже земли нет. Просто озеро с лавой.
— Я справлюсь.
— Не справишься. Мы туда не полетим.
Эйн понимал, почему она выбрала именно эти координаты. Сбоку, на части виртуального экрана отображалась карта связи и потенциальный радиус вражеских сканеров. Это было ближайшее место, откуда они могли связаться с Льенной и не попасться. Еще и недалеко от Врат.
Выбранное место позволяло не терять их из виду, проследить, куда мобильные Врата направят дальше. Точнее, позволяло бы.
Жаль, что выбранное место оказалось долбанным озером лавы!
Мара невозмутимо переключилась на управление флаером, плавно повела полетник в сторону нужных координат.
Эйн перехватил ее руку, сжал с намеком — ларралом схватился по дурости, и приходилось быть осторожным.
— Мара, ты не слышала? Я сказал, нет.
Она помрачнела, и в прохладном, сизом течении ее мыслей как кровь в воде расходился алый привкус злости:
— Габриэль, это необходимо. И мы теряем время.
— Так давай улетать, — он и сам почувствовал, что злится. — Только не в сторону блястовой лавы!
Кажется, Мара осознала, что прикосновение ее чувств делает только хуже, мысленно отстранилась и закрылась. Спросила подчеркнуто бесстрастно: