— Просто задумался, — отозвался Эйн. Сглотнул. — О чем тебе рассказать?
Казалось, за последние часы он уже обо всем ему рассказал — обо всем, кроме секретной информации.
— Про мать, — сказал Лаури. — Это интересно. У меня ее не было.
— У тебя и отца не было, — Эйн хмыкнул. Подумал, что вообще не представлял мелкого илирианца с родителями. Не представлял, что такой, как Лаури мог бы получиться в семье. Даже самой отбитой.
— Есть Галлара. Он создатель, это почти то же самое.
Не было это тоже самое, даже близко.
Но Эйн не стал спорить, заговорил про мать — мелкие, неважные факты. Вспоминал, как в детстве едва не угодил под приземляющийся транспортник, успел отбежать только в последний момент и разбил коленки. Мама потом схватила его в охапку и долго ругалась, трясла его за плечи, выговаривала, что так нельзя.
А под конец разрыдалась.
В последние годы Эйн редко о ней вспоминал. После армии они как-то особо не общались. После войны с герианцами тем более — Эйн связался с Сопротивлением, почти все прошлые контакты оборвал, чтобы не подставлять.
— Это глупо, — безразлично сказал Лаури. — Она сама оставила тебе слабые ноги. Могла бы заменить на ларралы. Ты бы не пострадал. Хорошо, что у меня не было матери. Я стал бы такой же слабый, как ты.
И Эйн в который раз подумал, что нет — илирианцев он никогда не поймет. Не захочет понимать.
Но Лаури вдруг добавил:
— Расскажи о ней еще. Это глупые истории, но почему-то мне нравится их слушать.
Она гнала скайлер на пределе возможностей. Пошел дождь и ледяные струи хлестали в лицо, но Мара не стала доставать шлем — стекло мгновенно залило бы водой. Вместо этого она повесила в сбоку несколько виртуальных экранов для навигации. Они хоть немного помогали ориентироваться.
Ойлер за спиной казался частью скайлера — дополнительным механизмом.
Присутствие Эйна то отдалялось, то приближалось, но Мара чувствовала только направление. Не могла передать слова, и не слышала мыслей. Скорее угадывала, чем знала наверняка — ему было плохо, но он держался.
В какой-то момент Ойлер сказал ей:
— Останови. Я на минуту.
Он не дождался ответа, и через мгновение его уже не было за спиной. Крылатая тень мелькнула над головой, а потом Ойлер рухнул вниз, прямо перед флаером, сложив крылья.
Мара проследила за его фигурой взглядом, сама подалась следом, и увидела, как внизу, в разрушенных после герианского захвата зданиях, мелькнули тени.
Ойлер спикировал к ним — двигался так быстро, что Мара едва успевала отслеживать перемещения. Движения было не уловить.
Мгновение, и он кого-то схватил. Мара разглядела темные волосы, отблеск механических конечностей — это тоже был илирианец. Ойлер вырвал ему сердце, отбросил в сторону.