«Не дразни Саманту», — сказал ей Эйн. — «Еще только женских склок не хватало».
«Не собираюсь, Габриэль. Мне просто нравится об этом думать», — потом она добавила. — «И женщины не любят склоки. Мы миролюбивее мужчин».
Да, на Герии их именно этому и учили. И Мара в это искренне верила.
«Прогнившее герианское общество», — с намеком, четко и громко подумал Эйн. — «Отвратительное, заблуждающееся общество».
Когда Мара приземлилась на границе с Северным Сектором, Саманта выскочила из флаера так, словно боялась, что ее вот-вот затащат обратно, попросила Эйна:
— Давай в следующий раз ты поведешь.
Он пожал плечами, усмехнулся беззлобно:
— Мара лучше летает.
— Зато ты безопаснее, — потом фыркнула, повернулась к Маре и признала. — Но мы все живы, тут не поспоришь.
В доме Шелен Картер горел свет, окна были настроены на матовый режим, и разглядеть что-то внутри не удавалось, даже смутных теней и силуэтов не было — только рассеянное, мягкое свечение.
— Интересно, кого твоя сестра ждет в такое время? — угрюмо спросил Эйн. Они не стали звонить Картер и предупреждать, что приедут. Побоялись, что ее коннекты могут прослушиваться.
— Шелен часто засиживается допоздна, — бесстрастно отозвался Картер. — У нее бессонница, еще с детства.
— Удобно. Столько всего можно успеть.
— Сейчас это нам выгодно, Габриэль, — спокойно заметила Мара.
«Я в курсе, — мысленно отозвался он. — Но она все еще мне не нравится».
Он пошел к двери первым, снова не мог отделаться от мысли, что пространство перед домом отлично простреливалось, и заряд игольника мог прилететь с любой стороны.
Шелен Картер снова открыла сама, задержалась взглядом на брате, потом отступила в сторону, пропуская их всех в дом:
— Я догадываюсь, почему вы здесь.
Она была в удобной, дорогой одежде — абсолютно белой, ни единой цветной детали, и выглядела так, будто сошла с голографической рекламы. Волосок к волоску.
— Заскочили поделиться новостями, — отозвался Эйн. — Много нового и интересного узнали.
— Шелен, — Картер привычно прошел в гостиную, расположился в одном из удобных светлых кресел, — тебя хотят убить.
— Я знаю, — спокойно отозвалась она. — Это не новость.
— На сей раз не люди, — усмехнулся Эйн, она напряглась, потом кивнула:
— Кто-то следит за мной на работе. У меня много врагов, это не секрет. Но в этот раз все иначе.
Эйн остановился у стены, прислонился спиной, рядом с картиной, которая напоминала брызги крови:
— И в чем разница?
— Обычно я могу догадаться о причине, — бесстрастно ответила она, опустилась в кресло рядом с братом. Глядя на них рядом, Эйн без труда подмечал сходство. Не столько внешнее, манеру держаться — ровно, спокойно. — В этот раз, нет.