— Рьярра, да. У Салеи нет выбора. У нее были нарушения, ее собирались сослать в дальние колонии. Рьярра дала ей шанс остаться на Герии. Она полезный инструмент и это все, что тебе нужно знать.
Эйн посмотрел еще раз на показатели Мары, подумал о том, что Салея спасла ей жизнь.
И подумал, что остальное и правда не его дело, спросил только:
— Как скажешь. Если ты в порядке, мне не о чем волноваться.
Зайн замер, словно не ожидал, посмотрел на Эйна, внимательно, настороженно, словно впервые его увидел:
— Это неверный перевод или ты беспокоишься обо мне, человек?
— А что тебя удивляет. Ты ведь тоже полезный инструмент. И ты мне даже нравишься.
Зайн снова отвернулся к проекциям управления, скорректировал маршрут и прибавил скорость — они вылетели из города в сторону убежища герианцев.
Потом он усмехнулся снова, и ответил:
— Я всем нравлюсь, человек. Но у тебя нет шансов. Я предпочитаю женщин.
Эйн замер, настолько не ожидал. И не сразу понял, что Зайн не всерьез. А потом — может, сказалось нервное напряжение всего дня, или еще что-то, но Эйн рассмеялся. Заржал в голос и долго не мог прекратить. И когда наконец остановился, почувствовал себя лучше. Был за это Зайну благодарен:
— Ты разбил мне сердце. Но я как-нибудь переживу, — и добавил, хотя Зайн вряд ли слышал про Дон-Жуана. — Дон-Гериан.
Они успели прилететь на базу герианцев, и Мару перенесли в стационарную медицинскую капсулу, и прошло еще несколько часов, прежде, чем она пришла в себя.
Все это время Эйн провел рядом с ней — позвонил нескольким контактам из Сопротивления, попытался прощупать, рассказал ли Леннер кому-то про Мару. Но все было как обычно.
Эйн велел проверить остальные убежища Сопротивления — удостовериться, что их не обворовали отбросы, вроде «упырей», но пока было тихо.
Эйн сидел на неудобном жестком стуле напротив медицинской капсулы, почти как в прошлый раз, когда она пострадала в Коридоре Должников у Ойлера. И думал, что смешно получилось, в тот раз она пострадала, и потом Ойлер стал их союзником. Теперь она пострадала, и Леннер стал их врагом.
— Ты не виноват, мальчик, — голос Рьярры заставил его напрячься, повернуть голову на звук. Она стояла в дверях, небрежно прислонившись к стене.
— Хочешь поговорить об этом? — он перевел взгляд на Мару. Задержался взглядом на груди, на вдохах и выдохах. — Тебя там не было.
Рьярра подошла ближе, но застыла на расстоянии в несколько метров, чуть впереди, там, где Эйн отлично ее видел и в любой момент мог подстрелить.
— Но я отлично тебя знаю. Все твои слабости, сильные стороны. Ты не виноват.