— Хорошо, — она коротко кивнула, недовольно поджала губы, и потянулась к виртуальному экрану. — Но в будущем не говори со мной в таком тоне. Даже, если ты меченый Телуры.
— А еще я босс Рьярры, — хмыкнул Эйн. До сих пор чувствовал себя идиотом, когда даже думал об этом. — Доложи, как Леннер придет в себя. И не убивай его.
Хотя он и сам понимал, что теперь другого варианта нет. Просто не доверял Салее допросить Леннера нормально. Хотел убить его лично.
Злоба отступила, и пытать уже не тянуло — пока Мара боролась за жизнь, пока шансы становились все лучше, и худшее — тот момент, когда Эйн почувствовал ее смерть — осталось позади. Один чистый удар ножом. Снизу-вверх, под ребра. В сердце.
Чтобы Леннер умер быстрее, чем понял бы, что мертв.
— Хорошо. Я доложу, — она посмотрела на Зайна, улыбнулась опять. — С тобой мы поговорим позже. Нам есть, что вспомнить.
Зайн молча выключил коннект, не прощаясь и сделал длинный, протяжный вдох. Выдохнул.
Эйн проверил показатели Мары. Они выглядели лучше, чем раньше, но сознание ее все еще едва ощущалось.
Когда Зайн заговорил, голос звучал холодно, профессионально:
— Я прошу прощения. За поведение девы Салеи.
Эйн даже подумал, что ослышался, усмехнулся:
— Ты? Просишь прощения у меня? Стоит отметить день красным в календаре.
Зайн оторвался от приборов на мгновение, посмотрел на Эйна как на идиота:
— Потому что обязан. Я старше ее по званию. Если она нарушает правила при мне, я должен с этим разобраться. Но я… — он помолчал и спокойно признал, — не могу ее контролировать.
— Потому что она твоя бывшая?
— Потому что она в убежище, а я во флаере с тобой, и я не могу отправить ее в камеру для наказания. Я сообщу Рьярре позже, и Салею высекут, но наказания не помогали раньше, и вряд ли помогут теперь.
Эйн этого не понимал:
— Тогда зачем ее держат?
Зайн посмотрел на него снова, едва заметно усмехнулся уголком губ:
— А зачем ты держал Леннера?
Эйн сжал пальцы на рукояти ножа, кровь понемногу подсыхала, липла к рукам:
— И видишь, чем это обернулось?
Зайн кивнул:
— Справедливо. Салея хороший медик, опытная дева. И пока меня нет рядом, она делает свою работу.
Да, когда Эйн ее впервые увидел, ничего особенного не подумал, обычная зазнавшаяся герианка, которая ни во что не ставила мужчин. И это она говорила Зайну, как подключать Мару к капсуле — похоже, хоть иногда могла отложить свои заскоки. Это только в разговоре она показала себя во всей красе.
— Что она вообще здесь делает? Я думал, на Земле только личные войска Рьярры. Я думал, Рьярра за права мужчин.
Зайн напрягся снова, коротко кивнул: