Он рассмеялся, хрипло:
— Правда, не понимаешь? Я ведь был солдатом, воевал с Герией. И знаешь, что говорила мне с экранов Картер? Что мы должны биться изо всех сил. Что мы герои, что мы должны идти вперед. Ради будущего, ради детей, и прочей патриотической чуши. И вот после, когда закончилась война, я снова увидел ее на инфо-канале. Она сказала, что война с вами была ошибкой. Все, кого я потерял, все, кого убили — ошибка. Так что нет, это не личное. Это просто я ненавижу таких тварей.
Она хмурилась, молчала, и он читал неодобрение в ее мыслях.
— Открой эту долбанную дверь, — с нажимом сказал ей Эйн.
— Хорошо.
Как только дверь флаера отъехала в сторону, Эйн выскочил наружу, и Мара последовала за ним. Она держалась позади на несколько шагов, и он спиной ощущал ее присутствие и ее неодобрение.
Дверь отворилась, и Картер вышла на улицу сама. Она была в белом костюме, строгом и закрытом, и казалась ненастоящей. Как картинка с экрана.
Картер выглядела лет на пятьдесят, наверное. И давно, еще до войны, была немного полной, серьезной женщиной. А теперь — Эйн обратил внимание — похудела. Герианцы ценили силу, и Картер хотела им соответствовать, как могла.
— Габриэль Эйн? — она оглядела его с головы до ног. Взгляд у нее был цепкий, холодный. — Я так понимаю, вы пришли меня застрелить. Может, все же поговорим для начала?
Эйн замер всего на мгновение — просто не ожидал, что Рьярра ей передаст, и напрягся. Кто знает, какие сюрпризы она приготовила.
Картер посмотрела не его ладонь на рукояти игольника, развела руки в стороны:
— Опасаетесь меня? Напрасно. Я не солдат. Мне с вами не воевать.
Эйн почувствовал, что усмехается, и как изнутри поднимается что-то темное, уродливое:
— Тем проще для меня. Но вы говорите, я послушаю. Я обещал.
— Идемте в дом, — сказала она. — Если вы все же меня застрелите, предпочту умереть в комфортной обстановке.
Она отвернулась, не опасаясь, что Эйн выстрелит ей в спину, и ему до боли захотелось подойти и приложить ее головой о стену. Не насмерть, а просто чтобы она начала его бояться.
«Ты обещал, Габриэль», — мысленно шепнула Мара, и он почувствовал — она готова была вмешаться.
«А ты обещала меня слушать. Вот и держи слово».
В доме было просторно и светло, и абстрактные картины на стенах напоминали брызги крови. Очень наглядно.
Картер провела их в гостиную, спокойно села в кресло у окна, указала на диван напротив себя. Белый, аккуратный диван. Очень дорогой на вид.
— Я предложила бы чай, но вы заподозрите отраву, — Картер аккуратно сложила пальцы на коленях.
Эйн поднял игольник, прицелился и усмехнулся: