«Габриэль?» — она уловила его сожаление, насторожилась. Он не стал тратить время на слова, передал фрагментом своего сознания: что императрица звала его с собой, и что он боялся улетать.
— И что же нам делать? — Тана улыбнулась одними губами, но глаза смотрели цепко и внимательно. Оценивали каждый жест, каждое слово. — Я не хочу, чтобы ты брал посторонних. Откажешь мне, человеческий мальчик? Рискнешь союзом с Империей только ради одной стальной девы?
— Нет, — прямо ответил он, потому что его чувства и его страхи не имели значения. — Не откажу и не рискну. Но попросить-то могу. Маре… деве Телуре я нужен.
Тана склонила голову на бок:
— А сама Телура нам нужна?
«Габриэль, ты знаешь сам, что должен делать. Я приму препараты, дождусь тебя».
Он уловил отголосок ее недоумения и злости. Мара не понимала, почему он колеблется — считала решение само собой разумеющимся.
Да он и сам все понимал. Только хотел сделать все по-человечески.
— Телура сильная дева и она полезна, — твердо отозвался Эйн.
— А еще ты ее меченный, — беззаботно сказала Тана, обернулась к застывшим илирианцам, которые следили за каждым ее движением. Браслеты на ногах мелодично перезванивались. — И ты к ней привязался. Наивный человеческий мальчик, ты получил нашу силу, но ты совсем не понимаешь, что такое девы любви. Мы ни с кем не связаны, — она улыбнулась чуть шире. — И мы никем не дорожим.
Эйн вспомнил слова Салеи «вокруг них нет ничего настоящего». И все привязанности, что возникают, односторонние — результат эмпатии.
Так глупо. Их называли девы любви, но могли ли они вообще любить? Сила отделяла их от окружающих — превращала всех вокруг в марионеток. И Эйн в глубине души радовался, что получил эмпатию только сейчас, когда жизнь уже сложилась.
— Я уже сказал, что не откажусь, — угрюмо признал он. — Не хочешь посторонних, полетим без них. Ты, я и… сколько их тут? Триста твоих рабов.
Тана рассмеялась, поправила мягко, но от ее голоса продирало холодом внутри:
— Не рабов, человеческий мальчик. Тех, кто меня любит.
Они взяли не флаер — полноценный корабль вроде тех, которые использовались на планетарной орбите. Он уступал по размерам императорскому крейсеру, на котором Тана прилетала на Землю, но без труда вмещал всех илирианцев.
На Агарре были тайные врата — вроде тех, что Илирия построила на Земле — и они годились для быстрой переброски войск. Как Эйн понял, их построили специально на случай захвата колонии. Все-таки герианцы тоже без дела не сидели.
Он следил за тем, как Тана активировала виртуальные экраны управления, подала корабль вперед. Врата впереди — огромные, чуждые — казались черным провалом.