– Связной видел всё, – сказал Крис тихо. – Теперь молчать ему незачем. Он понял, что мы знаем про подводу.
Я посмотрел на связного. Тряпку ему вынули. Он молчал по-прежнему, но смотрел уже не так. С расчётом проигравшего, который понял, что партия идёт без него.
Тенс сидел на корточках у убитого дозорного, перезаряжал кремень, и руки у него подрагивали. Не от страха. От того, что приходит после первого боя, когда тело отпускает то, что держало минуту назад. Он попал коню в грудь с двадцати шагов, потому что целил в человека и промахнулся. На двухстах он клал в круг. На двадцати, когда на тебя едут, рука идёт не туда. Я ничего ему не сказал. Ошибки после боя разбирают не сразу.
– Трубы забрать, – сказал я Вигу. – Обе. Не бросать. Это улика, не трофей. Крис их запротоколирует. Тела оттащить с дороги в кусты, забросать ветками. Если кто пойдёт следом, пусть не сразу поймёт, что тут было.
Виг с одним из стрелков оттащил убитых. Крис коротко записал на ходу: место, час, двое дозорных, карренские стволы, кто что сделал. Заверять было некому, кроме нас самих, но Крис писал всё равно, потому что бумага, написанная по горячему следу, стоит дороже, чем восстановленная после.
– По коням, – сказал я. – Прямой дорогой. Они вышли утром, мы выйдем сейчас. Если Рост идёт к Валье через Кривой овраг, мы встанем перед ним там, где двести шагов будут нашим преимуществом. Если успеем.
Мы шли весь остаток дня и часть ночи, меняя шаг с рыси и обратно, щадя коней ровно настолько, чтобы они не упали. У нас было одно преимущество перед Ростом, и оно было простое. Гружёная подвода не идёт в темноте по лесной дороге: на ночь её ставят, иначе разобьёшь колесо в первой колдобине, и весь груз будет в грязи. Рост с ртутью и бумагами в крытой подводе встал на лагерем, когда стемнело. А мы шли верхом и налегке и шли всю ночь. Где-то в темноте мы прошли мимо его стоянки стороной, не зная где, по дуге через старую гарь, которую знал Олс, и к утру оказались впереди него на дороге.
В голове у меня стояла карта. Прямая дорога от Орса к Валье шла через развилку, а за развилкой, перед Кривым оврагом, лежало одно поле. Открытое. Двести шагов до кромки леса с обеих сторон.
Если я успею встать на дальнем краю этого поля раньше Роста, бой будет мой.
Если не успею, он подойдёт к моему дому.
Кони шли в темноте, спотыкаясь. Раст и Брен везли на двоих пятьдесят девять колпачков, и я считал их в голове, как монеты, которых не хватит на всё, что надо купить.
Том 3й: Право не бояться. Глава 41. Двести шагов по магу
Мы встали на поле раньше них. На полчаса, может меньше.