Маги не побегут. Маги никогда не бегут. Они контратакуют, потому что дар делает их уверенными в превосходстве. Маг, который видит, как огненное заклинание выжигает траншею, не побежит. Он ударит снова.
Поэтому маги должны умереть первыми.
Раст на четырёхстах шагах, из укрытия, в момент, когда маг поднимает руки для заклинания. Одна пуля. Маг падает. Наёмники видят, что их маг упал. Паника усиливается.
Виктор Громов на «Прометее» перед испытаниями проверял каждый узел дважды. Здесь я проверял людей. Каждого. Каждый день. И каждый день убеждался, что они готовы.
Я свернул лист. Убрал в ящик. Погасил свечу.
За окном было тихо. На холме горел огонёк: часовой у траншеи. Баронство спало.
Через три дня на этом склоне будут стоять люди, которые пришли нас убить. Они будут в кольчугах и шлемах, с мечами и щитами, с магами за спиной. Они будут уверены в победе, потому что их послал герцог, который обещал золото за голову барона и шахту эфирита.
Они не знали, что на вершине холма их ждали пятьдесят стволов, три пушки, двенадцать фугасов и четыре стрелка, способных убить мага с расстояния, на котором маг не чувствовал угрозы.
Они не знали, что война, к которой они привыкли, уже закончилась.
Новая только начиналась.
Том 2й: Гром над Аркеном. Глава 17: Правила меняются
Кельн пришёл на двадцать девятый день.
Не десять бойцов, как обещал. Двенадцать. Худые, нервные, с дешёвыми мечами и арбалетами, но в крепких сапогах и с трёхдневным запасом провизии. Кельн ехал впереди на серой кобыле, которая была лучше всадника: спокойная, послушная, с ровным шагом. Сам барон выглядел так, будто не спал двое суток.
Крис встретил их у восточной опушки и привёл к усадьбе.
– Арморн, – сказал Кельн, спешиваясь. – Я привёл людей. Все, кого мог.
– Спасибо, барон. Размещайтесь. Горячая еда через час.
– Подождите. – Он понизил голос. – На тракте, в полудне пути отсюда, мы видели дым. Два костра, к северу от дороги. Мои ребята хотели проверить, я запретил. Не хотел рисковать.
– Правильно. Передовой дозор или разведка. Они ближе, чем я думал.
Кельн побледнел.
– Сколько их?
– Пятьдесят, может больше. Наёмники без флагов. Маги. Мы готовы.
Кельн кивнул и пошёл за своими людьми. Спина прямая, шаг неуверенный. Человек, который принял решение и ещё не понимал, правильное ли оно. Такое я видел на «Прометее» у молодых инженеров перед первыми испытаниями: они подписывали протоколы и молились, чтобы расчёты не подвели.
Расчёты не подводят. Подводят предположения.
Шестьдесят шесть человек. Я пересчитал вечером, сидя в кабинете.
Двадцать шесть моих стрелков. Пятеро Лора: Виг, Хоук, Далль, Михт и Раст. Двадцать три Дорна. Двенадцать Кельна. Олаф, Крис, Бурт. Я. Март, который не будет на позиции, но обеспечит связь и наблюдение.