Наверху двор уже засыпал. У казармы тлел фонарь. Олаф делал обход. Шаг тяжёлый, с задержкой на левом колене. Я слышал, как он прошёл вдоль забора, остановился у ворот. Постоял. Пошёл дальше. Собака за конюшней гавкнула и замолчала.
В кабинете я разложил на столе два листка. На одном число. Сто. На другом план по тиглю. Послезавтра малый. Через четыре дня большой. Через неделю первый резец. Если всё пойдёт.
Но шло не всё. Шло то, что мы могли контролировать. Вода, канава, сверло, резец. Ртуть мы контролировать не могли.
Кровать скрипнула. Потолок с трещинами. Запах углей от остывшей кузни. За стеной кто-то кашлянул. Через минуту тишина.
Грит сегодня стрелял на двухстах и попал два раза из трёх. Бурт начал чистовую и не сорвал кромку. Эверт продлил канаву и закрепил то, что вчера было удачей. Зир поправлялся. Функ мыл котлы и не смотрел на забор.
Десятый день после возвращения. Каждый из них похож на предыдущий. Каждый стоит чуть дороже.
Сон пришёл тяжело. Голова считала. Сто. Три дня. Двести шагов. Два шага канавы. Один комок ферромарганца. Послезавтра второй.
Ветер стукнул ставнем. За окном темнота без звёзд. Облака пришли с запада. Если ночью польёт, Эверт утром будет ругаться.
Но пока не лило.
Том 3й: Право не бояться. Глава 34. Одиннадцатый день
Дождь начался под утро.
Я проснулся от стука по ставням. Не ровный, а рваный, порывами. Ветер гнал воду с запада, и капли били в дерево наискось, будто кто-то горстью бросал мелкие камешки. Потолок в трещинах. Запах сырости, который ещё вчера не чувствовался.
Первая мысль: Эверт.
Я оделся, не зажигая свечу. Натянул сапоги, накинул куртку, вышел в коридор. В казарме кто-то ворочался, но не просыпался. Лестница скрипнула.
Во дворе было темно и мокро. Фонарь у ворот мотался на ветру. Лужи уже стояли вдоль дорожки к кузне. Дождь был не сильный, но и не мелкий. Средний, упрямый, такой может идти полдня.
Шахтный вход встретил сыростью и гулом капель по камню. Я зажёг фонарь внизу и пошёл к западному штреку.
Замок поддался. Воздух холоднее вчерашнего. Сырее.
Эверт уже стоял у канавы. Присел, опустил руку. Я присел рядом.
Вода поднялась. Не на палец. На полпальца, может чуть меньше. Но вчера вечером канава справлялась сама, а теперь приток снова обгонял сток.
– Ночь? – спросил я.
– Дождь пошёл часа два назад. Верхний ручей даёт больше. Канава забирает, но не успевает.
Ленц сидел у стены на мешке. Лопата рядом. Грош ещё не пришёл.
– Сколько?
Эверт выпрямился. Вытер ладонь о штаны.
– К обеду станет ясно. Если дождь кончится к утру, канава отыграет разницу за три-четыре часа. Если нет, Ленц вычерпывает.