Пока армия осваивает фитиль, мы уже на кремне. Пока лучшие мастерские доберутся до кремня, мы уже на капсюле. Пока кто-нибудь поймёт, что такое фульминат, мы будем на затворе.
Я поставил флакон с остатками ртути в ящик стола. Запер на ключ.
В кузне стучал молот. Бурт держал свою стальную работу, а в сушилке Хорст штамповал колпачки для следующей партии. За стеной Зир раздувал тигельную печь для очередного стального слитка. На стрельбище Раст привыкал к новому замку.
Три поколения. Фитиль, кремень, капсюль. На Земле между ними прошло триста лет. Здесь, в каменном сарае за кузней, я уложил их в одну неделю.
Оставалось найти ртуть.
Том 3й: Право не бояться. Глава 11. Испытание для короны
Вейн приехал на пятый день после того, как ушло письмо Лора.
Не один. С ним поручик Генц, ещё один офицер, которого я раньше не видел, и четверо верховых из столичного гарнизона. Обоз из двух телег, на одной из них сундук с печатями военного ведомства. Конвой был скромным по столичным меркам, но для баронской дороги выглядел внушительно: семь верховых, две телеги, блестящие на солнце нагрудные знаки, выправка людей, которые привыкли к строю, а не к седлу.
Олаф заметил их с башни ещё до поворота тропы и послал гонца на стрельбище. Лор свернул занятия с группой Бремма, Тим увёл соседнюю учебную линию к казарме, а сам Лор вытер руки о штаны и пошёл к воротам. Я выходил из кузни, когда первая лошадь уже въехала во двор.
Вейн спешился тяжело. Дорога от Аркенбурга до Валье выматывала любого, а полковник был немолод. Пыль на камзоле, пот на лбу. Генц спрыгнул легче и сразу осмотрелся, как делал всегда: где выходы, где люди, сколько стволов у стены.
– Полковник. – Я пожал Вейну руку. – Не ждал так скоро.
Вейн снял перчатки. Потёр переносицу.
– Я не ждал, что Лор напишет то, что написал. И что вы это подпишете. В письме изложено достаточно, чтобы я понял: ехать нужно лично. – Он посмотрел на кузню, на стрельбище за ней, на дымок из печной трубы. – Капсюльное воспламенение, барон. Вы понимаете, что это слова, от которых у меня три ночи не было сна?
– Понимаю. Поэтому позвал вас сюда, а не описал в письме всё.
Второй офицер подошёл и коротко представился: майор Хеллер, инспектор артиллерийского парка. Сухой, длинный, с тонкими пальцами и привычкой прищуриваться, прежде чем сказать хоть слово. Вейн привёз его не случайно. Хеллер занимался арсеналами, учётом и нормами приёмки; именно такой человек нужен, когда речь идёт не о чуде, а о серийном оружии.
Я разместил гостей в доме. Обед, вода, час отдыха. Вейн от отдыха отказался.