Именно так обычно и меняется мир.
Не залпом. Не манифестом. Документом, который Берт подготовит в течение недели и который через двести лет какой-нибудь историограф будет цитировать как начало нового порядка.
Или не будет. Зависит от того, что будет потом.
Потом будет пушка.
Потом будет демонстрация.
Потом будет разговор с армейскими офицерами и провинциальными баронами, у которых есть замки, которые пушка сделает устаревшими, и которые должны это понять раньше, чем это поймут их враги.
Потом будет Мор.
Но это потом.
Сейчас я взял новый лист и начал набрасывать расчёты для следующей версии лафета. Деревянный лафет был временным решением. Хорошим, но временным. На демонстрации его должно быть достаточно. Но после демонстрации нужен будет металлический, с противооткатным механизмом.
Колесо с эксцентриком. Или пружинный амортизатор из бронзовых пластин.
Олаф смотрел на меня поверх плеча, потом молча отошёл и сел.
– Вы снова чертите, – сказал он через минуту.
– Да.
– Значит, всё хорошо.
Я продолжал чертить.
Том 2й: Гром над Аркеном. Глава 9: Демонстрация
Три недели в столице – это слишком долго, если у тебя нет дел, и слишком мало, если дел слишком много.
У меня было и то и другое.
В первые дни после разговора с Теодором я написал письма. Бурту – с инструкциями по обозу. Крейн – с кратким итогом. Дорну – что политический вопрос закрыт и можно готовить совместную встречу после возвращения. Марту я ничего специально не объяснял: он услышал пересказ, кивнул и начал считать что-то своё в записной книжке.
Потом наступило ожидание.
Ожидание в Аркенбурге было не таким, как в баронстве. В баронстве ожидание было физическим: пока олово плавится, пока форма остывает, пока состав выстаивается в нужных условиях. Здесь ожидание было информационным. Я слушал то, что приносил Март. Читал то, что присылала Крейн. Думал.
Март ходил по ярмарке и возвращался каждый вечер с новостями, которые укладывал передо мной, как торговец раскладывает товар: вот это свежее, вот это залежалое, вот это – смотри, но брать не советую.
На четвёртый день он сказал:
– Делегация Гильдии собирается уезжать.
– Хельм тоже?
– Хельм уехал позавчера, тихо, без объявлений. Дайн задержится ещё на несколько дней – у него тут торговые связи, использует повод для переговоров. Рост всё ещё здесь.
– Зачем?
– Не знаю. Он не торгует. Встречается с кем-то, но с кем именно – мой источник не знает.
Рост, который остаётся в городе после официального проигрыша делегации и встречается с неустановленными людьми. Это могло быть безобидно. Могло – нет.