– Годен как пробник, – сказал Бурт.
– Как пробник.
Третий пробник они делали без моих команд. Я стоял у двери. Бурт передвигал оправку по меткам, Зир отсчитывал выдержку и менял поток. Один раз они остановились до того, как опустился медный усик: винт пошёл тяжелее. Разобрали оправку, нашли окалину под башмаком, очистили детали и начали участок заново. Не спросили меня.
Третий распил вышел чище второго.
Полноразмерную заготовку взяли только через день. Бурт проверил паз тремя калибрами. Зир на пустом железном пруте проверил, как воздух через угли нагревает участок и как боковой канал затем его охлаждает. Во время первого полного шва он после каждого участка опускал руку и ждал, пока уйдёт дрожь. Я наблюдал за работой, но даром к стали не прикасался. Впайка заняла почти весь день.
Заготовку закрыли в железном коробе и опечатали. Готового ствола у нас не появилось. В заготовке ещё не было канала, нарезов и замка. После сверления шов предстояло осмотреть изнутри. Затем в канале нужно было сделать нарезы и испытать ствол двойным зарядом.
Следующий день Зир к горну не подходил. Он ел, спал и дважды разминал пальцы под присмотром лекаря с двора. Бурт тем временем проверил оправку, сменил одну холодную губку и занёс в книгу число оборотов винта и время нагрева на каждом участке первого полного шва.
После дня отдыха вторую заготовку они начали утром без меня. Велль вызвал меня во дворец: отдельная подвода привезла Гальта и Харна под королевским караулом, а Теодор приказал собрать свидетелей и книги по делу Мора.
Когда я вернулся на Оружейный двор, горн уже остывал. Бурт сидел у стола и заносил в книгу время каждого участка. Зир спал на мешке с углём, положив руку под щёку.
Вторая заготовка лежала в железном коробе. Печать поставил Гесс, не Бурт.
– Шов закончили перед закатом, – сказал он. – Барон даром не касался. Я видел.
– Шов делал я, не барон, – проворчал Бурт.
– В книге так и записано.
Оба короба должны были уйти в Валье с Буртом и Зиром. Там заготовки просверлят, нарежут и испытают. До завершения этих операций они оставались полуфабрикатами, даже если медь легла ровно.
На столе рядом с книгой лежал новый лист Велля. Он предусмотрел два направления поставок с Коронного двора, отдельную дорожную книгу для каждого направления и место для номера каждого принятого ствола.
Снаружи загремели ворота. Караульный открыл одну створку, и во двор въехала тёмная повозка с решётками. Следом вошли люди королевского суда. Створка закрылась за ними.
Том 4й: Стальная корона. Глава 22. Суд
В тёмной повозке сидел Гальт.