Я начал работать. Медленно, точно, контролируя каждый слой. Мана утекала ровным потоком, как вода из крана, открытого наполовину.
Первая вставка заняла двадцать минут. Вторая, у середины ствола, чуть быстрее. Третья, у дульного среза, ещё быстрее: руки помнили, дар помнил, структура была одинаковой.
Я открыл глаза. Посмотрел в канал ствола. Три тонкие синеватые полоски на внутренней поверхности, едва заметные невооружённым глазом. Но если активировать дар и посмотреть внутренним зрением, каждая полоска светилась ровным голубым светом: эфирит работал, перерабатывая фон, готовый стабилизировать горение пороха при первом же выстреле.
– Готов, – сказал я.
Бурт взял ствол, взвесил в руках, посмотрел в канал.
– Чисто. – Он положил ствол в ряд готовых. – Следующий?
– Следующий.
Второй ствол. Те же три полоски. Те же двадцать минут, может чуть меньше. После второго ствола я почувствовал знакомую тяжесть в затылке: мана уходила. Не критично, запас ещё был. Но к вечеру два ствола были моим потолком.
Два ствола. Два ствола в день, четырнадцать стволов за неделю. Это был ритм, который я мог держать без риска истощения.
Я закончил второй ствол, положил инструменты и вышел из кузни.
Утро было холодным, но ясным. На площадке за навесом Серт уже размечал фундамент, вбивая колышки и натягивая верёвку. Двое рабочих таскали камни от ограды. Бурт вернулся к Хорсту, проверять следующую партию форм.
У ворот Крис разговаривал с охотником Дорном, объясняя ему задачу наблюдательного поста. Дорн слушал молча, кивал. Потом взял торбу, лук и пошёл к развилке.
На дальнем поле Тим строил стрелков. Я слышал его голос, не разбирая слов: короткие команды, пауза, хлопок выстрела.
Я достал записную книжку, открыл на странице с графиком и поставил отметку: «День 1. Два ствола. Фундамент: разметка. Наблюдение: запущено».
Потом убрал книжку и пошёл завтракать.
Впереди было ещё двадцать дней.
Том 2й: Гром над Аркеном. Глава 12: Слепые опыты
На третий день после возвращения я впаял эфирит в шестой ствол и понял, что дар стал сильнее.
Не намного. Не вдвое и не вчетверо. Но разница была ощутимой. Раньше переходный слой между бронзой и эфиритом давался мне как подъём тяжёлого ведра из колодца: нужно было тянуть ровно, контролируя каждое мгновение, и после двух стволов мана выгорала до тупой боли в затылке. Теперь ведро стало легче. Не само ведро, конечно. Руки, которые его тянули.
Шестой ствол я закончил за четырнадцать минут. Первый в этой партии занял двадцать. Шесть минут разницы, и после шестого ствола я чувствовал себя так, как раньше чувствовал после четвёртого.