Завтра утром, если Зир подтвердит, Серт загрузит тигель, поставит в печь, а Зир даст три подхода горячего дутья. Через четыре-пять часов выемка. Если повторится первый результат, к вечеру у меня будет второй комок ферромарганца. Шесть-восемь унций суммарно. Достаточно для первой стальной плавки с добавкой.
– Серт. Если Зир после второго подхода скажет, что может третий, не отказывай. Но если я скажу стоп, стоп.
– Понял.
Я вышел. Дождь почти кончился. Облака тянулись с запада, низкие и серые, но между ними проступали светлые щели. Может, к обеду подсохнет. Может, нет.
У стрельбища стоял Раст. Один. Ствол на плече, ноги в мокрой траве. Мишень на двухстах шагах темнела на фоне леса. Грит ещё не пришёл.
– Раст. Сегодня?
– Зависит от ветра. Сейчас порывами. Если утихнет к девяти, начнём.
– А если не утихнет?
– Грит на двухстах при боковом ветре пока не потянет. Переведу его на сто пятьдесят и дам три оттуда. Не будет потерянным днём.
Я посмотрел на мишень. Мокрая, слегка покосилась. Земля вокруг столба раскисла.
– Раст. Если ветер будет и к обеду, ты будешь стрелять?
Он усмехнулся. Не весело. По-рабочему.
– Пять на четырёхстах. Ветер мне не мешает. Я его жду.
Вчера сто. Минус пять Раста – девяносто пять. Минус три Грита – девяносто два. Если Грит не стреляет останется девяносто пять.
Грит появился из-за казармы. Шёл быстро, ствол на руках. Увидел меня, замедлился.
– Барон.
– Раст решит по ветру. Слушай его.
Он кивнул. Встал рядом с Растом. Оба посмотрели на деревья. Верхушки гнулись. Порывы ещё шли, но реже.
Я ушёл к кабинету.
На столе два листка со вчерашнего вечера. Сто. И план по тиглю. Послезавтра стало завтра. Если утром Зир выдержит, к вечеру у меня второй комок. Через два дня Серт загрузит большой тигель с добавкой. Через четыре дня выемка. Через пять ковка первичного слитка. Через шесть Бурт попробует выковать резец по чертежу.
Если.
Я достал чертёж резца. Развернул. Утолщённое основание, двойной скос. Линии простые. Работа за ними сложная. Я провёл пальцем по контуру кромки. Если марганец войдёт в зерно правильно, кромка перестанет скалываться на тонкой линии. Она будет мяться, гнуться, но держать. Вместо четырёх стволов на один резец, двенадцать. Может больше.
Если не войдёт, чертёж останется бумагой. Другая форма не спасёт хрупкий металл.
Я свернул лист и убрал в ящик.
Лор пришёл раньше обычного. Мокрый, с капельками воды на плечах. Сел без приветствия. Листок. Карандаш.
– Барон. Шахта. Дождь поднял уровень на полпальца. Канава работает, но не справляется. Ленц на вороте с семи утра. Грош подменил в девять. Эверт говорит: если дождь кончится до обеда, к вечеру отыграем.