Хорошо. Вода не растёт. Ворот выигрывает. Если следующая ночь будет прохладной, послезавтра Эверт сможет попробовать углубить правую канаву, и у нас появится запас. Если тёплой, вернёмся к равновесию. Но пока перевес на нашей стороне. Небольшой и ненадёжный, но он есть.
Олаф перехватил меня на выходе из шахты. По его лицу я понял сразу.
– Функ вышел.
– Время?
– Полчаса назад. Как обычно, перед обедом. Стоял две минуты. Смотрел на тропу.
Шестой раз. Шесть дней подряд.
– Иг?
Олаф помедлил. Потом кивнул.
– Иг видел с башни. Функ стоял у забора. Но Иг смотрел не на Функа. Смотрел дальше, за орешник, на дальний просвет.
– И?
– Пусто. Тропа пустая, кусты пустые. Ни человека, ни движения.
Шестой день. Шестой пустой просвет.
Я потёр лоб. Шесть дней. Фольк не видит на ближнем участке. Иг не видит на дальнем. Дан прошёл по тропе и не встретил никого. Если связной жив и смотрит на забор, он делает это откуда-то, где ни один из трёх наблюдателей его не достаёт.
Или канал мёртв. Функ просто выходит по привычке. Стоит, смотрит, возвращается. Рабочая рутина, которая когда-то была сигналом, а теперь не больше, чем утренняя прогулка к забору.
Я дал себе семь дней. Прошло шесть.
– Олаф. Завтра. Последний день. Если Иг не увидит никого на дальнем просвете и Фольк не увидит никого на ближнем, закрываю линию. Фольк возвращается в строй. Иг к обычному караулу. Функ переходит в глухой надзор: не шахта, не забор. Работа на кухне или при конюшне, где нет обзора наружу.
Олаф молчал. Потом спросил тихо:
– А если послезавтра придёт?
Хороший вопрос. Если связной придёт на восьмой день, когда мы уже сняли наблюдение, мы его пропустим. Но держать двоих людей на тень бесконечно нельзя. Фольк нужен в строю. Иг нужен в карауле. Мне нужна определённость, а не вечное ожидание.
– Тогда Функ всё равно не выйдет к забору. Связной не увидит знака. Канал закроется не из-за нас, а из-за молчания.
Олаф подумал. Кивнул.
– Понял.
Он пошёл к казарме. Я стоял у входа в шахту и смотрел, как дымок от печи поднимается в серое небо. За кузней стучал молот. Бурт. Равномерно, ритмично. Двенадцатый ствол. Ковка займёт два дня, если металл не даст трещины.
К обеду пришёл Эверт.
Он ждал меня у колодца. Руки в глине, куртка мокрая по локти. Рядом на камне лежал кусок тёмной руды, мельче тех, что я видел раньше.
– Барон. Пятое место.
Я взял кусок. Провёл даром. Та же структура, но плотнее. Включения мельче, слоистость отчётливее.
– Где?
– Ниже четвёртой. Вентиляционный ствол, правая стенка. Прожилка с большой палец толщиной, тянется на три шага.