– Новый. Свежий. Стоит на полке. На этот ствол хватит. На следующий нет.
– Через два-три дня у меня будет ответ по руде. Если сплав выйдет, перекуём резец из нового металла.
Бурт поднял молот. Первый удар. Звон пошёл через всю кузню, чистый, короткий. Я отступил. Бурт работал сам. Его ковка стала ровнее за последний месяц. Он не бил сильно, бил точно. Каждый удар сдвигал металл туда, куда нужно, без лишнего усилия.
Я вернулся к печи через двадцать минут.
Зир уже работал. Правая рука поднята, пальцы чуть разведены. Поток воздуха шёл в малый тигель плотно и ровно. Угли гудели. Серт считал время, шевелил губами. Жар ударил по лицу с трёх шагов.
Я заглянул в тигель. Шихта потемнела, края провалились вниз. Середина ещё держалась серым комком, но уже с рыжими подтёками. Температура ниже, чем для стальной плавки. Семьсот, может восемьсот. Руда поддавалась легче, чем железная.
Зир опустил руку. Прислонился к стене.
– Перерыв.
– Сколько дал?
– Две минуты. Хватит?
Серт посмотрел в тигель.
– Края плавятся. Середина не пошла. Ещё один подход, и я закрою углём на двадцать минут. Потом финальный.
Зир кивнул. Сел на приступку. Закрыл глаза.
Я отошёл к верстаку. Оставшиеся три куска тёмной руды лежали на тряпке. Взял один. Тяжёлый, чёрный. Провёл даром. Всё та же картина: слоистая, мягкая, оксид с включениями. Царапается ногтём. Если первая плавка покажет хоть что-то, второй тигель можно загружать послезавтра. Если нет, придётся искать другую температуру, другой флюс или другую руду.
Через пять минут Зир встал. Второй подход. Две с половиной минуты, чуть дольше первого. Угли побелели. Серт набросил угля поверх тигля и отступил.
– Двадцать минут, – сказал он. – Потом последний.
Грит вышел на стрельбище после каши.
Раст был уже на месте. Свой ствол стоял у бревна, прикрытый рогожей. Грит принял одиннадцатый из моих рук, зарядил. Движения увереннее, чем вчера. Приклад сел к плечу без поправки.
– Дыши, – сказал Раст. – Не тяни. Выдох. Спуск.
Выстрел. Грохот привычный. Мишень на ста пятидесяти шагах. Вчера стреляли на ста, сегодня я передвинул.
Раст посмотрел из-под руки.
– Выше центра. На ладонь. Но ровно по вертикали.
Грит зарядил. Второй. Раст не стал смотреть сразу, подождал третий. Потом пошёл к мишени. Вернулся через минуту.
– Второй на два пальца правее центра. Третий в центр. Ветра нет.
Три капсюля. Грит посмотрел на меня.
– Завтра?
– Завтра. Сто пятьдесят шагов. Три.
Он кивнул. Протянул мне ствол. Аккуратно, двумя руками. Относился к оружию правильно: не как к личной вещи, а как к инструменту, который стоит дороже его жалованья за три года.