Лор не спорил. Он понимал арифметику так же хорошо, как я.
– А Дорн?
– Март должен был спросить Дорна про западный канал. Если есть хоть какая-то линия к ртути через запад, Дорн подскажет. Если нет, ищем сами. Через Криса, через Эртана. Олс слышит рынок. Ртуть не эфирит, она не запрещена, просто редкая. Кто-то торгует.
Лор записал и убрал листок. Потом встал.
– Вечером как обычно?
– Как обычно.
Он ушёл. Я смотрел на чертёж, который рисовал до его прихода. Поперечное сечение резца с утолщённым основанием кромки. Если марганцевый сплав даст нужную вязкость, такая форма позволит кромке принимать нагрузку без скола. Бурт поймёт с первого взгляда. Если сплав не даст вязкости, чертёж бесполезен.
Я убрал карандаш и вышел.
Вечерний доклад Лора был коротким.
– Грит. Второй день обкатки. Три капсюля, сто пятьдесят шагов. Раст говорит: третий выстрел в центр. Вчера на ста шагах он клал правее на ладонь. Быстро учится.
– Раст?
– Пять на четырёхстах. Все пять в круг. Ветра не было.
– Сколько осталось?
Лор посмотрел в листок.
– Сто сорок минус три Грита, минус пять Раста. Сто тридцать два.
Сто тридцать два. Вчера было сто сорок. Восемь в день. Тринадцать дней на двоих при полном расходе. Без ртути.
– Малый тигель. Серт закрыл. Остывает до завтрашнего утра. Зир дал три подхода, семь с половиной минут суммарно. Серт говорит: температуры хватило.
– Хорошо.
– Бурт. Начал ковку двенадцатого. Первый обжим прошёл чисто. Завтра продолжит. Говорит: два дня на ковку, если не треснет.
– Функ. Шестой.
– Олаф доложил. Тропа пустая. Иг не видел никого на дальнем просвете.
– Завтра последний день. Если пусто, закрываю.
Лор не стал спрашивать «а если не пусто». Записал.
– Шахта. Эверт передал: вода чуть ниже вчерашнего. Ворот справляется. Ленц расширил канаву, они вынесли с Грошем за день двадцать шесть вёдер.
Ниже вчерашнего. Второе подтверждение за день. Первое от Гроша, второе от Эверта. Если завтра ночь будет такой же прохладной, послезавтра можно попробовать углубить правую канаву и получить запас прочности.
– Рогожа?
– На месте. Эверт проверял утром. Мокрая, висит.
Лор убрал листок.
– Барон. Последнее. Мальчишка от Олса. Март в Серой Броде. Пакет ушёл. Подробности ждём.
– Знаю. Приходил днём. Обсудили.
Лор встал.
– Спокойной ночи.
Он вышел. Дверь скрипнула.
Я остался один. За окном стемнело. Собака за стеной гавкнула один раз и замолчала. На дворе кто-то нёс воду, я слышал плеск и шаги. Олаф делал обход. Тяжёлый, ровный шаг с задержкой на левом колене.
Малый тигель остывал у печи. К утру Серт вынет его и отобьёт стенки. Внутри окажется либо губчатый комок ферромарганца, либо спёкшийся шлак. Если первое, через пять дней Бурт получит новый резец, который проживёт не четыре ствола, а двенадцать. Если второе, я попробую другую температуру и другой флюс. Руды хватит на десять таких проб. Слой в шахте большой.