– Месяц.
– Месяц на подготовку. Ещё две недели на саму проходку. Итого полтора месяца до начала добычи на третьем ярусе.
– Люди?
– Четверо дополнительных. Двое на проходку ствола, двое на крепление. Можно из ваших, если обучу.
– Обучите.
Он кивнул и вернулся к рисунку на доске. Я посмотрел через его плечо: план шахты в разрезе. Два яруса, вертикальный ствол от поверхности, пунктирная линия будущего третьего яруса. Чётко, аккуратно, с размерами.
– Эверт.
– Да?
– Хорошая работа.
Он кивнул снова. Без улыбки, без показной благодарности. Просто принял к сведению.
Я вернулся в кабинет и обновил график. Шахта: полтора месяца до третьего яруса. Это укладывалось в общий план. К моменту, когда Лор приедет и увидит баронство, шахта уже будет на полпути к расширению.
Четвёртую канавку я нарезал утром шестого дня.
Двадцать две минуты. Быстрее, чем любая из предыдущих. Дар адаптировался к новому типу работы, как адаптировался к впайке эфирита месяцы назад.
Я вытащил ствол из тисков, поднёс к свету, посмотрел в канал.
Четыре спиральных канавки, равномерно распределённых по окружности. Каждая шла от казённой части до дульного среза, поворачиваясь на полный оборот. Глубина одинаковая, ширина одинаковая. По крайней мере, так казалось глазу. Нужно было проверить.
– Бурт, – сказал я, – сделай мне десять пуль.
Я протянул ему лист с профилем конической пули. Бурт взял, посмотрел.
– Свинец?
– Свинец. Форму сделай из двух половинок глины, обожги. Полость сзади сформируй стержнем. Вот размеры.
Он кивнул и ушёл к печи.
Пока Бурт работал над формой, я впаял в экспериментальный ствол три полоски эфирита. Без стабилизации стрелять было бессмысленно: нарезка или нет, нестабильный порох мог разорвать ствол с той же лёгкостью, что и гладкий.
Впайка заняла стандартные двадцать минут. Мана после четвёртой канавки была невысокой, но для трёх вставок хватило. К полудню ствол был готов полностью: нарезной, с эфиритовыми вставками.
Бурт вернулся через два часа. В руке он держал глиняную форму и десять свинцовых пуль, разложенных на тряпке.
Я взял одну, покрутил в пальцах. Конус, длиной в два калибра, с мягкой юбкой. Литьё грубоватое, но для первого опыта сойдёт. Полость сзади была неглубокой, и я мысленно отметил, что в следующей партии нужно увеличить стержень.
– Хорошо, – сказал я. – Собирай ствол. Ложе от одной из старых аркебуз, замок кремнёвый.
– Сейчас?
– Сейчас.
Бурт работал быстро. Через час экспериментальная аркебуза была собрана. Тяжелее стандартной из-за толстых стенок, с ложем, которое сидело неплотно, и замком, который щёлкал чуть громче обычного. Уродливое, грубое изделие.