Король слушал внимательно. Задал три вопроса. Два были про цифры, третий про конкретного барона, который просил освобождение.
– Барон Тенн жалуется на наводнение каждый третий год, – сказал Теодор. – Его река вышла из берегов не потому, что климат изменился, а потому что он вырубил лес на берегу и продал древесину. Отсрочку дайте, полное освобождение нет.
Харт записал. Кивнул. Убрал бумаги.
– Капитан, – король перешёл к следующему.
Капитан говорил коротко. Навигация на Западной реке затруднена: старый мост у Каменных ворот разрушается, нужен ремонт, барки проходят с трудом. Стоимость ремонта – сто двадцать корон. Если мост рухнет, стоимость восстановления втрое больше.
– Согласовано, – сказал Теодор. – Сто двадцать корон из фонда инфраструктуры. Казначею я скажу сегодня.
Четыре минуты. Вопрос решён. Я отметил: король принимал решения быстро, когда имел достаточно данных. Не откладывал, не создавал комиссий.
Кожевник получил семь минут. Его петиция об отмене импортной пошлины была отклонена, но с объяснением: «Пошлина защищает ваших конкурентов в южных городах. Если я отменю её для вас, они попросят компенсацию, которая обойдётся казне дороже, чем ваш убыток от пошлины. Предлагаю компромисс: снижение пошлины на четверть сроком на два года. За это время вы адаптируетесь или найдёте другие рынки».
Кожевник был явно разочарован, но принял. Встал, поклонился и вышел.
Остались четверо. Король. Советник у стены. Мастер Ар. И я.
Теодор отпил воды. Посмотрел на историографа.
– Мастер Ар, – произнёс он. – Вы включили в список барона с восточной окраины. Барона, о котором мне писали. И о котором мне доложили вчера вечером.
Я не вздрогнул, но внутри что-то сжалось. «Доложили вчера вечером» означало, что кто-то кроме мастера Ара и казначея сообщил королю о моём присутствии в городе. Мор? Его люди? Или кто-то из канцелярии казначейства?
– Барон ди Валье, – король повернулся ко мне. Серые глаза смотрели прямо, без враждебности, но с оценкой. Так смотрит человек, которому показали новый механизм, и он решает, полезен тот или опасен. – Я прочитал ваше письмо три недели назад. Затем мне сообщили, что вчера вы передали казначею документы. А сегодня вы здесь.
– Ваше величество, – я немного наклонил голову. Не низкий поклон, просто знак уважения. – Благодарю за возможность.
– Не благодарите пока. – Теодор отломил кусок хлеба, но есть не стал, просто держал в руке. – Скажите мне одну вещь, барон. Коротко.
– Слушаю.
– Зачем вы здесь?
Прямой вопрос. Никакого дипломатического тумана. Крейн была права: этот человек ценил конкретику.