Каша была горячей, отвар горьким. Вдова Хинт знала толк в утреннем подкреплении.
Камзол от портного Иена висел на крючке у двери. Тёмно-зелёный, без украшений, плотная ткань. Я надел его, проверил швы, убедился, что внутренний карман закрывается надёжно. Конспект лежал там с вечера – четыре пункта на сложенном листе. Больше брать было нечего.
Сапоги почистил сам. Олаф смотрел с тем выражением, которое означало: «Я мог бы это сделать, но вы не попросили, значит, не хотите».
– Как я выгляжу? – спросил я.
– Как барон, – ответил Олаф. – С восточной окраины.
– Это хорошо или плохо?
– Это честно.
Март заглянул в комнату. Оценил камзол, сапоги, выражение моего лица. Кивнул.
– Портной Иен не подвёл. Без блеска, но достойно.
– Спасибо.
– Не благодарите. За два золотых я ожидал большего, но для завтрака с монархом сойдёт.
Олаф проводил меня до угла Суконной улицы. Дальше я попросил его не идти. Одинокий барон привлекает меньше внимания, чем барон с телохранителем.
– Два часа, – сказал он. – Если через два часа вас не будет у фонтана на площади...
– Ты придумаешь, – закончил я за него.
Олаф не улыбнулся. Но и не возразил.
Аркенбург в ранние часы выглядел иначе. Ярмарочная площадь была пуста, прилавки закрыты холстинами. Брусчатка блестела от утренней росы. У пекарни на Монетной улице стояла очередь из трёх человек, и запах свежего хлеба растекался по переулку.
Я шёл не быстро. Считал шаги до западного крыла дворца, хотя знал, что считать бессмысленно. Привычка. На Земле перед каждым важным совещанием я выходил из дома раньше и шёл пешком, чтобы собрать мысли в порядок. Здесь делал то же самое.
Четыре пункта. Эфирит. Мор. Оружие. Гильдия.
Крейн сказала: факты, цифры, результаты. Не говорить о том, что хочу изменить мир. Говорить о том, чем я полезен.
Виктор Громов представлял доклады генералам. Арморн ди Валье завтракает с королём. Разница в антураже, не в принципе.
Малые ворота западного крыла. Привратник, другой, не вчерашний, моложе и без усов. Я назвал формулу: «Рабочий завтрак, список мастера Ара». Привратник сверился с книгой, нашёл, кивнул. Пропустил.
Коридор за воротами был узким и прохладным. Камень, факелы в кованых держателях, гобелен на стене с охотничьей сценой. Слуга в ливрее королевского дома ждал у лестницы.
– Барон ди Валье? – спросил он.
– Верно.
– Прошу за мной.
Мы поднялись на второй этаж, прошли через зал, в котором стояла длинная дубовая мебель и висели портреты. Потом через другой коридор, мимо двух гвардейцев у дверей, которые не обратили на нас внимания.
Рабочая столовая оказалась небольшим залом с одним овальным столом на восемь человек. Окна выходили на внутренний двор. Стол был накрыт: хлеб, сыр, холодное мясо, фрукты, кувшины с вином и водой. Без роскоши, но добротно.