– Не геройствуйте, – сказал он им.
На том берегу щёлкнул арбалет. Болт ударил в доску перед Крисом и застрял, дрожа. Второй ушёл в воду. Третий прошёл выше и сорвал с одного солдата шапку. Солдат сел в грязь раньше, чем понял, что жив.
– Лежать, – сказал Крис, даже не повысив голос.
Багор достал хворост со второго раза. Вода тянула сильно. Наш солдат упёрся носками сапог, поскользнулся, и двое из заднего ряда схватили его за пояс, третий подал верёвку, четвёртый закрыл доской. И пучок хвороста подтащился к берегу.
С того берега дёрнули. Верёвка натянулась тонкой линией. Крис не стал тянуть против чужих рук. Он дождался, пока хворост перевалит через мелкую гряду, прижал связку багром и рубанул ножом по серой верёвке. С того берега дёрнули ещё раз, уже впустую. На мгновение из ивняка показалась рука в кожаной рукавице и край шеста.
– Раст? – спросил Грейв.
Раст уже смотрел туда.
Я думал про себя. Далеко. Если снять руку, мы выиграем пучок хвороста и проиграем раскрытие тайны.
– Нет, – сказал я.
Раст убрал палец. Грейв выдохнул через нос. Ему это не нравилось. Мне тоже.
Крис вытянул хворост на грязь. Внутри оказалась не просто связка веток. Между ветками стояла узкая доска с просверленными дырками. Через дырки проходили три шнура: один к свинцовому грузу, второй к пустому глиняному кувшину, третий к маленькой деревянной планке. На планке углём поставили черты. Вода смыла половину, но не всё. Груз был мокрым до одной риски, кувшин держал связку боком, а планка тёрлась о дно только с одной стороны.
Вейн присел рядом.
– Они мерили глубину?
– Глубину примерно. Скорость примерно. И где течение несёт к нашему берегу, – сказал я. – Не чертёж, но для ночной попытки хватит. И ещё проверяли нас. Выстрелим ли по тряпке. Ударит ли пушка по хворосту. Пойдут ли люди к воде без прикрытия.
Рыжий сотник стоял мокрый до колен. Его шапку вернули, но он держал её в руке и не надевал.
– Мы тоже проверили, – сказал он.
– Да, – сказал Грейв. – И вы чуть не начали бой с хворостом.
Сотник принял это молча.
Крис разрезал хворост и достал из середины ещё одну костяную бирку. На ней было не четыре коротких и одна длинная, как на вчерашней. Здесь две длинные и одна косая.
– Разные места, – сказал Вейн.
– Или разные пробы, – сказал я.
Сольд вдруг поднял руку.
– Дар ушёл.
На другом берегу дым стал ниже, потом распался. Люди за ивняком отступали. Мы видели только серые спины между ветками и два щита, которые тащили назад. Никто не бежал. Они получили ответ и ушли с ним.
Грейв велел писарю перенести борт с трофеями в штабную палатку. Писарь сначала посмотрел на грязь, потом на лицо маршала и махнул двум солдатам. Те взялись за края без вопросов.