Я убрал инструменты. Вымыл руки в тазу. Вода была холодная и мутная от металлической пыли.
В дверь постучал Лор.
– Барон. Минуту?
– Заходи.
Лор сел. Достал свой листок. Привычный вечерний ритуал.
– Зир. Четыре подхода за день. Три, три, два, два минуты. Итого десять. Серт доволен: тигель держит температуру, шихта плавится нормально. Слиток будет завтра к вечеру, если ночь пройдёт без сбоев.
– Хорошо.
– Стрельбы. Шестой учебный день. Тим дал половинный расход. Осечек нет. Дорн починил замок, Бурт подтянул пружину с утра. Раст стрелял пять капсюлей, все попадания, четыреста шагов.
– Сколько осталось?
Лор посмотрел в листок.
– Сто пятьдесят восемь. Как вы и считали.
Я кивнул.
– Лор. Одиннадцатый готов. Завтра ставлю замок. Послезавтра пристрелка. Через пять дней Грит.
Лор записал. Потом поднял голову.
– Функ.
– Олаф уже сказал. Третий раз.
– Фольк?
– С завтрашнего утра. За навесом. Тихо.
Лор помолчал. Потом сказал то, о чём я сам думал весь вечер:
– Барон. Если связной сменил место, значит, он знает, что ручей опасен. Значит, кто-то ему сказал, или он сам видел. В любом случае он осторожнее, чем мы думали. Фольк может просидеть за навесом неделю и не увидеть ничего.
– Может. Но если Функ подаёт знак, а мы его не видим, мы теряем единственный шанс понять, кто стоит за линией. Неделя у навеса дешевле, чем одна пропущенная встреча.
Лор не спорил. Он записал и убрал листок.
– Барон. Последнее. Эверт просил передать: завтра утром он покажет вам четвёртую прожилку. Глубже и толще, чем первые три.
– Знаю. Он сказал.
Лор встал.
– Спокойной ночи.
Он вышел. Я остался один. За окном темнело. Где-то во дворе Олаф делал обход, я слышал его шаг: тяжёлый, ровный, с задержкой.
Одиннадцать стволов. Четырнадцатый слиток к завтрашнему вечеру. Образец маркировки лежит в ящике стола. Завтра Эверт закроет серебряную стенку рогожей и досками. Послезавтра двое шахтных рабочих спустятся ставить подъём и увидят западный штрек без серебра, но с водой и странной занавесью. Им хватит любопытства на три дня, потом привыкнут. Если Олаф объяснит правильно.
А через десять дней от Марта придёт ответ. Или от Ара. Или от Ренарда. Что-нибудь из трёх линий дойдёт первым, и я узнаю, легла ли коронная печать на те десять страниц, которые мы оставили в чужом сейфе.
Петух за стеной молчал. Рано.
Я встал, задул свечи и лёг. Кровать скрипнула. Потолок с трещинами, тот же. Запах угля, металлической пыли, дыма.
Завтра замок на одиннадцатый. Завтра Эверт покажет четвёртую прожилку. Завтра Фольк сядет за навес. Завтра Серт и Зир дотянут тигель. Завтра вода в штреке поднимется ещё, и послезавтра Эверт начнёт ставить подъём.