– Теперь – эксперимент, – сказал я.
Я сел за верстак и положил ствол перед собой. Кусок эфирита – рядом. Закрыл глаза.
Идея была проста в теории и невероятно сложна в исполнении. Мне нужно было впаять полоску эфирита в стенку ствола рядом с запальным отверстием – не просто вставить, а встроить на молекулярном уровне, чтобы кристалл стал частью ствола. Только так он сможет взаимодействовать с горящим порохом в момент выстрела.
Я начал работать. Дар скользнул в бронзу – знакомая «мелодия», более мягкая и податливая, чем железо. Нашёл точку рядом с запальным отверстием. Раздвинул молекулярные связи, создав узкое ложе – канавку глубиной в миллиметр, длиной в сантиметр.
Потом переключился на эфирит. Отщепил от куска тонкую полоску – мой дар позволял расщеплять кристалл вдоль естественных плоскостей. Полоска легла в канавку точно, как ключ в замочную скважину.
Теперь – самое сложное. Соединить два разных материала. Бронзу и эфирит. Заставить их «срастись» на границе.
Я потянулся к обоим одновременно. Бронза – податливая, тёплая. Эфирит – плотный, вибрирующий. Между ними – зазор. Щель, которую нужно было закрыть.
Я начал «подталкивать» атомы бронзы к кристаллической решётке эфирита. Медленно, осторожно, по одному слою за раз. Это было похоже на то, как пытаться сшить два разных материала невидимой нитью – шёлк и камень. Они не хотели соединяться. Структуры были несовместимы.
Я изменил подход. Вместо того чтобы сращивать материалы напрямую, я создал переходный слой – тончайшую прослойку, в которой атомы бронзы и молекулы эфирита чередовались, постепенно переходя от одного к другому. Градиент. Плавный переход.
Это было изящно. И это было чудовищно утомительно.
Через двадцать минут я разжал пальцы, открыл глаза и едва не свалился с табурета. Бурт подхватил меня за плечо.
– Готово, – прошептал я. Голос дрожал. Перед глазами плыло. – Дай... воды.
Олаф сунул мне кружку. Я выпил залпом.
На верстаке лежал бронзовый ствол. Рядом с запальным отверстием, в стенке, еле заметно мерцала тонкая синяя полоска. Если не знать, куда смотреть – не заметишь.
– Теперь проверяем, – сказал я, поднимаясь на ноги. Колени дрожали. – Бурт, заряжай. Обычным порохом. Без эфирита в смеси. Без моего дара.
Бурт посмотрел на меня с сомнением.
– Обычным? Но он же не сработает без...
– Именно это мы и проверяем. Заряжай.
Он зарядил. Обычный чёрный порох – тот самый, который без моей магической стабилизации давал слабую серую вспышку, неспособную вытолкнуть пулю дальше десяти шагов. Пыж, пуля, пыж. Порох на полку.
Мы вышли во двор. Мишень – бревно с доской – стояла на привычном месте, в тридцати шагах. Олаф отогнал любопытных крестьян.