Я «слушал» минерал. Кристаллическая решётка эфирита была совершенно не похожа ни на что, с чем я работал раньше. Она была... живой. Не в буквальном смысле – камень оставался камнем. Но внутри его структуры постоянно двигались крошечные потоки эфира, циркулируя по микроскопическим каналам, как кровь по капиллярам. Минерал не просто хранил магическую энергию – он её перерабатывал. Впитывал из окружающего фона, концентрировал, направлял.
Живая батарейка. Природный магический аккумулятор.
Я открыл глаза. Руки слегка дрожали – не от холода, а от перенапряжения дара. Даже простое «прослушивание» эфирита стоило заметных усилий.
– Бурт, дай лом.
Кузнец протянул инструмент. Я аккуратно поддел край одной из прожилок – толщиной с палец, длиной в ладонь – и отколол от стены. Кусок лёг в руку, тёплый, гладкий, тяжелее, чем ожидалось. Свечение не угасло – кристалл продолжал мерцать и в отрыве от пласта. Автономный заряд. Значит, внутри достаточно концентрированного эфира, чтобы поддерживать себя.
Я отколол ещё семь кусков разного размера. Сложил в холщовый мешок.
– Тим, – обернулся я. Парень стоял у лаза, широко раскрыв глаза. – Запоминай дорогу. Завтра ты приведёшь сюда двоих людей и начнёшь аккуратную добычу. Аккуратную – значит без ударов кувалдой и без огня вблизи пласта. Лом, клинья, руки. Понятно?
– Понятно, господин.
– И ещё, – я понизил голос. – О том, что здесь, никому ни слова. Ни жёнам, ни друзьям, ни даже Дорну. Знаем только мы четверо – ты, Бурт, Олаф и я. Если информация утечёт – сюда придут люди, которые перережут всю деревню, чтобы забрать этот камень. Ты понимаешь?
Тим побледнел, но кивнул.
– Клянусь, господин. Никому.
Мы вернулись в усадьбу к полудню. Олаф встретил нас с выражением человека, который уже мысленно организовал спасательную операцию и теперь недоволен, что она не понадобилась.
– Ну? – спросил он коротко.
– Целый пласт, – ответил я. – Бурт, покажи.
Кузнец вытряхнул содержимое мешка на верстак в кузне. Восемь кусков эфирита легли на дерево, мерцая синим – даже при дневном свете их свечение было заметно. Олаф уставился на них, как на ядовитых змей.
– Вот из-за чего всё, – тихо сказал он. – Из-за этих камней.
– Из-за этих камней погиб отец Арморна, – я кивнул. – Из-за них Граф послал наёмников, а потом магов. Но теперь эти камни работают на нас.
Я взял один кусок – средний, размером с две фаланги пальца – и повернулся к Бурту.
– Покажи мне тот бронзовый ствол, который ты отлил вчера.
Бурт полез под верстак и вытащил заготовку. Первый бронзовый ствол – грубый, с неровностями на поверхности и слегка кривым каналом. Я уже дорабатывал его даром утром: выровнял канал, убрал основные раковины. На полировку ушло втрое меньше маны, чем на создание железного ствола с нуля. Прогресс.