– Заходите. Ужин в кладовой. Подробности после.
Олаф увёл возниц к колодцу. Раст пошёл со мной.
В кабинете я зажёг вторую лампу. Раст сел напротив. Сел не у стены, как обычно делали солдаты, а в полоборота к окну. Привычка. Стрелок, который никогда не закрывает себе обзор, даже когда ему это не нужно.
– Старый лагерь у Кривого оврага я проверил, – сказал он. – Там уже холодно. А стоянку западнее, ближе к месту удара, прошёл сразу, как стало ясно, что обоз ушёл с тракта. Два кострища, одно ещё тёплое, но без углей: затушили водой. Следы пяти лошадей. Остатки овса в торбе. Один платок: бурый, с краем, как будто что-то прижимали.
– Остался?
– Остался. Положил в ладанку. Привёз.
Он достал из-за пазухи свёрток: грязная тряпица, в неё завёрнут платок. Я развернул. Льняной, с тёмным пятном по середине. Дар вошёл в волокно. Кровь. Верхний слой свежий, засохший не больше двух дней. Ниже – старый бурый след, въевшийся глубже, примерно на две недели. Ещё – слабый отпечаток эфира. Не след заклинания, а бытовой остаток: ткань долго лежала рядом с человеком, чьё тело подсвечено даром.
– Маг ранен, – сказал я. – Не в этой атаке. Раньше. Может быть, во время бегства из столицы. Может быть, во время предыдущей операции, о которой мы не знаем.
– Один из пяти?
– Из тех, что атаковали обоз – нет. Маги работали чисто, по словам солдата. Но в группе Роста, видимо, есть пятый участник не фронтового типа. Либо сам Рост держал контур из лагеря, либо рядом с ним был связной. Раненый. Аналитик. Координатор.
Раст кивнул. Записывать он не стал. Он держал такие вещи в голове, как охотник держит приметы зверя.
– Куда ушли? – спросил я.
– На запад, по тракту. Мы прошли по их следам пять часов: уходили шагом, не спешили. У развилки на Валлен следы кончились. То ли свернули в лес, то ли продолжили по тракту, который твёрже. По твёрдому я не читаю.
– Дальше развилки не пошли.
– Правильно. Возвращайся к группе. Завтра утром поставь двоих на южный гребень, двоих на восточный. Лор скажет где. А ты сам приходи в полдень, отоспись.
– Барон.
Раст помолчал. Я знал это молчание, когда человек ещё что-то держит в себе и не уверен, нужно ли говорить.
– Что?
– Я опоздал.
Я посмотрел на него.
– Ты не опоздал. Ты выполнил последний приказ. Держал развилку и северную тропу. Я приказал держать развилку. Если бы ты ушёл западнее лагеря, ты не успел бы вернуться к развилке, и обоз пошёл бы по основному тракту в засаду без прикрытия.
– Логика понятная, – сказал он. – Только пока я держал развилку, телеги горели.
– Ты привёл часть телег целыми, это главное.