Это было главное.
Не «я выживу», а «дело выживет».
Я повернулся на бок. Камень под бедром нагрелся от моего тепла, стало чуть удобнее. Караульный у двери дышал ровно, не спал. Снаружи по двору прошли шаги – кто-то менялся в карауле.
Завтра – пятый слиток. Завтра – ещё пять выстрелов из стального пробника. Завтра – первая партия природной селитры на очистку. Завтра – учения Лора без предупреждения. Завтра – ответ Эверта по графитовой жиле. Завтра – Бурт начнёт точить медный колпачок для первого капсюля, по моему чертежу.
Завтра. День, до которого нужно дожить.
Я закрыл глаза снова. На этот раз сон подкрался незаметно. Последнее, что я помнил, – тихий голос караульного:
– Спите, барон. Я смотрю.
И я заснул.
Меня разбудил стук.
Не громкий. Лёгкий, вежливый, в дверь кладовой.
Караульный уже стоял с аркебузой наизготовку. Я сел на лавке.
– Кто?
– Олаф, барон.
Караульный открыл. Олаф вошёл, на ходу снимая капюшон. С его плаща капала вода. На улице шёл мелкий утренний дождь.
– Барон. С тракта прискакал гонец. От Криса.
– От Криса? Так быстро?
– Мальчишка. Один из тех, кого Март расставил по дороге. Скакал ночью. Лошадь загнал.
Я встал.
– Что?
– Письмо.
Олаф достал из-за пазухи свёрнутый клочок. Ещё сухой – он держал его под кафтаном.
Я развернул. Почерк Криса. Ровный, чёткий, без украшений.
«Барон. Ночью у Кривого оврага было движение. Костёр у Роста потушили в полночь. На рассвете лагерь не дымил. Мой человек из Серой Броды доехал к месту утром по тракту, видит: лошадей нет, людей нет, кострище ещё тёплое. Снялись.
Куда – по следам не видно: ночью прошёл дождь, тропу вокруг лагеря размыло. По нашим прикидкам, лошадей мало (пять-шесть), значит могли уйти и по тракту, и по лесной дороге, и по руслу ручья.
Раст в курсе: мы передали ему через лесника после получения сведений. Раст переходит с восточного склона на западный, чтобы расширить обзор.
Март и я остаёмся в Серой Броде, ведём опрос на постоялом дворе. Если узнаем больше, сразу гонца.
Крис.»
Я перечитал.
Снялись.
После того как я лёг спать в кладовую за кузней. После того как Лор расписал четыре варианта. После того как я составил планы на завтра.
Рост снялся.
Это меняло всё. Где он сейчас – никто не знает. Может, идёт назад, в столицу, поняв, что Совет проголосует против. Может, идёт на восток, к Валье, выбрав ночной марш через лес. Может, разделил пятёрку и одни идут на обоз, другие – на нас. Может, ушёл вообще из этой части королевства.
Любой из вариантов был возможен.
И ни один из них больше не был контролируем сидя в Валье.
Я посмотрел на Олафа.